[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Hasta, Irkina, julia-sp, АгатА 
Форум » Библиотечная секция "Гет" » Люмион » "Смерть ему к лицу" (автор:Sophie Cassedy,R,ЛМ/ГГ,романс/приключения,миди,законч)
"Смерть ему к лицу"
IrkinaДата: Четверг, 24.11.2011, 22:50 | Сообщение # 1
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
Название: Смерть ему к лицу
Автор:Sophie Cassedy
Рейтинг:R
Пейринг:ЛМ/ГГ
Жанр:детектив/приключения/романс
Дисклаймер: все права у тёти Ро
Саммари:Адвокаты - люди бывалые, их непросто удивить. Но что делать, если к тебе приходит дух врага, свято уверовавший, что он не умер, и требует помощи? Дело не из лёгких, но неунывающая героиня войны намерена с достоинством справится с любым испытанием.
Предупреждения: AU, OOC
Размер: миди
Статус: закончен


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
IrkinaДата: Четверг, 24.11.2011, 22:52 | Сообщение # 2
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
Глава 1

Что может быть лучше большой любящей семьи? Повсюду слышится весёлый смех, родные радостные голоса, с кухни доносится запах сдобных пирогов. Все счастливы видеть друг друга, и шум голосов наполняет каждый уголок в доме. Семья слишком большая, чтобы собираться всей компанией часто, поэтому нужен повод. Например, помолвка. Все давно ждали, когда же Рон, наконец, сделает Гермионе предложение. Девушка ждала больше всех, но сейчас она отчаянно опаздывала на собственный праздник. Когда она подходила к дому, все уже были в сборе. Рон стоял за калиткой, рассеянно вглядываясь на дорогу. Гермиона мысленно застонала, увидев его недовольную позу – руки скрещены на груди, глаза чуть прищурены.
- Рон, мне очень жаль, я никак не могла вырваться раньше, - девушка легонько прикоснулась к уголку его напряжённого рта губами. – У меня сложный развод, у пары двое детей, а муж не хочет предоставлять опеку бывшей жене…
- А собственная семья тебя не интересует?
- Что ты такое говоришь? Это самое важное для меня.
- Ну, да.
- Рон, пожалуйста, я очень старалась уйти пораньше! – Гермиона умоляюще посмотрела на своего жениха. Некоторое время он ещё делал вид, что злится, но затем девушке руку. Гермиона облегчённо вздохнула и улыбнулась. Она чувствовала себя виноватой за то, что работа занимала такое важное место в её жизни.
Уже через двадцать минут, когда девушка сменила рабочий костюм на нарядную мантию, все Уизли, Поттеры и Лонгботтомы сидели в саду Норы. Рон и Гермиона оставались единственной неженатой парой, поэтому их помолвка действительно стала весьма значимым событием. Мало кто из присутствующих знал, что Рон несколько раз уходил от Гермионы, обижаясь, что она слишком мало уделяет ему внимания. Однажды ушла девушка, заподозрив своего парня в измене. Тем не менее, сейчас они были вместе и собирались создать крепкую семью. Это был обдуманный шаг, все “за” и “против” тщательно взвешены. Рон подходил Гермионе, девушка знает его много лет, он прекрасный друг и из него выйдет замечательный супруг. Что ещё надо?
- Вы уже назначили дату свадьбы? – спросил Гарри после торжественной части вечера.
Все успели поднять несколько тостов за будущую семью, поэтому веселье перетекло на новый уровень. Кто-то танцевал, кто-то играл в карты, мистер Уизли и Чарли бурно обсуждали драконов. Алкоголь в совокупности с усталостью подействовал на Гермиону убийственно – единственное, о чём она мечтала, это лечь спать.
- Я хочу в конце сентября, - ответила она, скрывая зевок.
- Через два месяца? – удивлённо воскликнула Флёр. – Этого слишком мало! Ты должна сшить платье, всё спланировать и отрепетировать.
- Этим займётся моя помощница, - беспечно бросила Гермиона.
Гарри, Флёр и Джинни потрясённо приоткрыли рты.
- Я пошутила, - тут же поправилась девушка, невинно улыбаясь. – Конечно, я сама буду всем заниматься. Просто мы не хотим пышную церемонию, только самые близкие – семья и друзья.
- Скромно не получится, - со знанием дела сказала Джинни, - мы тоже с Гарри хотели маленькую свадьбу, но на деле всё вышло совсем иначе.
Гермиона усмехнулась, вспомнив, что свадьба Гарри Поттера и Джинни Уизли стала самым ожидаемым событием в году. Пришлось снять целый дворец, чтобы разместить гостей.
- Я подумаю над этим, - пообещала Гермиона, но Флёр продолжала хмуриться, не слишком убеждённая её словами. – Ладно, нужно найти Рона. Уже поздно, а мне завтра рано вставать…
- Подожди, - Джинни схватила подругу за руку и отвела её в неосвещённую сторону сада. – Я хотела поговорить с тобой прежде, чем ты уйдёшь.
- Что-то случилось? – забеспокоилась Гермиона.
- Ничего серьёзного, просто… - Джинни запнулась и огляделась по сторонам. – У меня в больнице один очень странный пациент.
- Да?
- Ты ведь слышала новости? Про Люциуса Малфоя.
- Да, “Пророк” уже второй день печатает о его убийстве.
- Он и есть мой странный пациент.
- Как он может быть твоим пациентом, если он умер?
- Я хочу, чтобы ты взглянула на его тело, - ошарашила Джинни.
- Мёртвый Малфой, конечно, лучше живого, но я всё равно не горю желанием с ним встречаться.
- Гермиона, ты ведь стала адвокатом, чтобы в мире хоть немного прибавилось справедливости, верно?
- И?
- Я прочитала сегодня в газете, что Нарцисса якобы убила мужа Авадой.
- Так и есть, - подтвердила Гермиона.
- Но ведь это заклинание не оставляет никаких следов. А на теле Люциуса он есть.
- След? Какой? – Джинни удалось зародить в подруге зерно любопытства.
- Поэтому я и хочу, чтобы ты взглянула.
Гермиона оглянулась в сторону дома. Её одолевали сомнения, но любопытство их пересиливало.
- Мы справимся за полчаса?
- Я думаю, да. Идём.
Девушки пролезли за забор через дыру, некогда проделанную ещё во времена бурного детства Фреда и Джорджа. Отсюда уже можно было аппарировать, не боясь, что кто-то заметит. Через пару минут Джинни уже вела Гермиону служебными коридорами больницы святого Мунго.
- Разве нам не в морг?
- Нет, - Джинни оглянулась по сторонам и, вытащив из кармана палочку, наставила её на дверь больничной палаты. – Не хотела, чтобы его увезли на кладбище раньше, чем ты посмотришь.
- Ты украла тело?!
- Просто скрыла. Временно, - Джинни нажала на ручку. – Заходи, быстрее, пока никого нет.
- Люмос, - пробормотала Гермиона, достав собственную палочку. – А если кто-то из других врачей сюда зайдёт?
- Не зайдёт, - уверенно ответила Джинни, подходя к кушетке и снимая с тела простыню. – Я повесила табличку, что здесь инфекционный больной.
- Ладно, - Гермиона поёжилась при виде безжизненного тела мужчины. Впрочем, выглядел он совсем неплохо для трупа. Можно было подумать, что Люциус просто спит. – Показывай.
Джинни направила палочку на грудь пациента, стягивая простынь ниже. Гермиона удивлённо ахнула, заметив прямо над сердцем шрам, совсем как…
- Как у Гарри, - сказала Джинни. – Только больше, и он горячий.
- Не может быть!
- Потрогай, - Гермиона послушно положила руку на грудь Люциусу и вздрогнула. Шрам действительно был горячим, к тому же, слегка пульсировал.
- Он точно умер?
- Сердце не работает, да и мозговой активности не выявлено. Но я бы оставила его для наблюдений, правда, никто мне не позволит это сделать.
- Наверняка этому есть какое-то объяснение.
- Доктор Мейхер тоже так сказал, - нехотя призналась Джинни. – Он даже не был удивлён, говорит, что в этом нет ничего необычного, но всё равно как-то странно.
- Он подтвердил смерть?
- Да.
- Значит, и думать нечего. Просто в мире стало на одного нехорошего человека меньше.
- Ты займёшься делом Нарциссы?
- Нет, - отрезала Гермиона. – Не хочу иметь ничего общего с Малфоями. У них всегда всё нечисто, пусть сами разбираются, кто прав, а кто виноват.
- Но ведь…
- Пойдём, Джинни. И я надеюсь, что завтра утром ты вернёшь тело в морг.
- Придётся, - вздохнула она, - днём будут похороны.
- Вот и хорошо.

***
Спалось Гермионе весьма беспокойной. Снился развод двух инферналов, которые в конце суда съели собственного адвоката. Под утро девушка проснулась в холодном поту и прижалась к мирно сопящему Рону, но уснуть больше не удалось. Час проворочавшись с бока на бок, Гермиона сдалась и поднялась с кровати. Всё равно скоро вставать на работу, а так можно неспешно собраться, приготовить раз в жизни завтрак. Отсутствие практики, конечно, не слишком благоприятно сказалось на яичнице с беконом, который пришлось усердно отдирать от сковороды, но Рон всё равно оценил старания невесты.
- Я, наверное, сегодня буду ночевать у себя, - сказала Гермиона. – Задержусь на работе подольше, нужно покончить с этим разводом, иначе он сведёт меня с ума.
- Ладно.
- Не обижайся, скоро всё закончится, и смогу уделять тебе больше времени.
- Как только у тебя заканчивается одно дело, тут же появляется второе, так что я не питаю напрасных иллюзий.
- Рон!
- Всё в порядке, я не обижаюсь, - ответил он и вгрызся в подгоревший тост зубами.
Гермиона ушла на работу с неприятным осадком после разговора. Рону было бы легче, если бы она сумела превратить себя в домохозяйку, но вместо этого ему приходилось терпеть немалые амбиции будущей жены. Гермиона искренне надеялась, что рано или поздно он сумеет с этим смириться.
На утреннем собрании девушка допивала свой кофе, в пол уха слушая начальника. Он подводил итоги недели, зачитывая отчёт, который писала сама Гермиона. Девушка абстрактно чирикала пером по пергаменту, вспомнив вчерашний ночной поход в больницу. Возможно, шрам остался от какого-то более раннего ранения. Да мало ли может быть магических травм? Джинни иногда такие случаи рассказывает, что Гермиона не перестаёт удивляться. Что больше девушку заинтересовало, так это причины убийства. Ревность? Вспышка гнева? С трудом верилось, что Нарцисса могла убить супруга, которого терпела столько лет, но всему приходит конец.
- И последнее, - сказал мистер Дантон, - вчера вечером к нам обратился мистер Драко Малфой с просьбой предоставить его матери адвоката. Кто желает заняться этим делом?
Гермиона безразлично окинула взглядом своих коллег. Никто особенно не рвался в бой.
- Я, конечно, не в праве вас заставлять, - сказал начальник, - но это большие деньги. Гермиона, может, вы попробуете?
- У меня развод Коллинзов.
- Я дам вам на размышление сутки, прежде чем откажу Малфоям. Подумайте хорошенько, сумма весьма, весьма велика.
После собрания Гермиона вернулась к обычной работе – занялась писаниной, но особенно продвинуться не получилось. Голова была занята совершенно иным. После часа безрезультатных попыток сосредоточиться на Коллинзах, девушка сдалась и отодвинула от себя пергамент. Часы показывали половину одиннадцатого.
- Никки, в час придёт Хэйди Коллинз. Попроси её подождать, если я не вернусь, мне нужно отлучиться по делам.
- Хорошо, мисс Грейнджер.
- Если кто-то будет спрашивать – я ушла в библиотеку.
Гермиона зашла в камин, зачерпнув рукой горсть пороха, и чётко произнесла свой домашний адрес. Уже через несколько минут девушка снимала с вешалки строгое чёрное платье. Время похорон назначено на половину двенадцатого, а ещё нужно добраться до Уилтшира…
Вопреки ожиданиям, людей собралось совсем немного. Если изначально Гермиона надеялась затеряться в толпе, то сейчас была уверена, что все, кто хотел, смог в деталях её разглядеть. Впрочем, кроме Драко и его жены девушка никого не знала, да и разговаривать с бывшим однокурсником не спешила. Они обменялись кивками и больше не обращали внимания друг на друга. Особенной скорби на лицах присутствующих не читалось. Гермионе вдруг показалось, что здесь собрались волшебники, которые могли получить некоторую выгоду от смерти Люциуса Малфоя. Девушка принялась рассматривать гостей, раздумывая, мог ли кто-то из них оказаться убийцей. Подозрительным казался отчаянно заскучавший мужчина в высоких сапогах с серебряными пряжками. День, конечно, выдался не из жарких, но всё равно как-то странно носить сапоги летом. Девушка переходила от лица к лицу, пока не увидела то, что заставило её резко дёрнуться и судорожно вздохнуть – за спиной одного из волшебника показалось лицо Люциуса. Гермиона моргнула, пытаясь отогнать наваждение, но видение не исчезало, наоборот, становилось всё более чётким и реалистичным. И, похоже, никто, кроме неё, не замечал призрака. Правда, призрак успел заметить саму волшебницу и с не меньшим интересом изучал лицо обомлевшей девушки. Гермиона отступила чуть назад, борясь со жгучим желанием убежать, куда глаза глядят. Призраки не такая уж редкость в волшебном мире, но не к добру то, что его видит одна она. К счастью, видение не последовало за Гермионой и, оказавшись за территорией кладбища, девушка аппарировала в Лондон.
К концу дня Гермионе удалось убедить себя, что ей всё это показалось. Девушка даже сумела посмеяться над собой и сосредоточиться на многострадальном разводе. Она отыскала лазейку, по которой опеку над детьми могла получить миссис Коллинз. Гермиона закончила планировать выступление в суде к одиннадцати часам вечера и уже собиралась домой, когда дверь в её кабинет внезапно распахнулась, и на пороге оказался Люциус Малфой воплоти, но, почему-то, совершенно голый. Девушка, успев привстать со стула, упала обратно.
- Вы пришли за мной? – испуганно спросила она. Голос наполнился благоговейным трепетом перед ликом смерти.
- Я пришёл к вам, - поправил он весьма живым тоном.
- Я скоро умру, да? Или это уже произошло?
Люциус, не касаясь пальцами двери, прикрыл её за собой и подошёл ближе.
- Мне нужен адвокат, - деловито сказал он.
- Вы умерли.
- Я не умер.
- Я сама видела! Я была на ваших похоронах и видела ваше тело в больнице.
- Тем не менее, я не умер, - спокойно ответил он.
- Я понимаю, вам тяжело с этим смириться, но…
- Грейнджер, я похож на мёртвого?
- Вы похожи на призрака, - Гермиона отошла от первичного шока, свято веруя, что всему происходящему есть научное объяснение.
- А вы не похожи на адвоката, хотя это и написано на табличке вашей двери. Но, к сожалению, у меня нет выбора. По какой-то причине видите меня только вы.
- А почему вы голый?
- Вас это смущает?
Гермиона почувствовала, что краснеет. Ничего более странного с ней пока не случалось.
- Если вы не умерли, тогда что произошло? И зачем вам адвокат?
- Адвокат нужен моей жене. Она никаким образом не причастна к моей смерти.
- Так вы всё-таки умерли!
- Грейнджер, вы дура или поголовное слабоумие – это отличительная черта всех грязнокровок? - раздражённо сказал Малфой. – Мой дух отделился от моего тела.
- Это и называется смерть, - Гермиона обиделась на грязнокровку.
- Смерть – процесс необратимый, а в данном случае всё можно поправить. Но мне нужна помощь.
- И вы выбрали в помощники меня?
- Как я и сказал – у меня не было выбора. Все улики указывают на то, что Нарцисса меня убила, и пока вы не поможете мне соединиться с телом, доказательств в её невиновности не будет.
- Может, у вас не было выбора, но он есть у меня. Вы должны смириться с тем, что умерли, и уйти в мир иной. Возможно, у вас остались незаконченные дела, и это держит вашу душу на земле, но с этими проблемами уже не ко мне.
Гермионе показалось, что в глазах Люциуса на мгновение полыхнула ярость. Но голос его оставался холодным и деловым.
- У вас тоже нет выбора. Я не оставлю вас в покое.
- Я всё равно не стану вам помогать, - упёрлась Гермиона. – Так уж случилось, что я испытываю к вам крайнюю степень неприязни – хоть к живому, хоть к мёртвому, хоть к духу.
- Во сколько вы оцениваете свою работу?
- Мне не нужны ваши деньги.
- Как сильно вы дорожите своим спокойствием?
- Мистер Малфой, разговор окончен. Вам придётся смириться с собственной смертью, рано или поздно это всё равно бы случилось.
Девушка поднялась с места и взмахом волшебной палочки собрала свитки пергамента в аккуратную горочку. Затем взяла сумку, накинула мантию на плечи и вышла из кабинета. Гермиона слышала, как тяжело стучит сердце в груди. Может, она слишком переработалась, оттого у неё начались галлюцинации? Не зря её отговаривали, когда она решила устроиться на работу в адвокатскую контору. Все юристы слегка ненормальные.
- Вам придётся на время забыть о собственной гордости. Речь идёт о моей жене и моей жизни.
Гермиона застонала и, оттряхнув мантию от пепла, вышла из камина. Люциус, по-прежнему голый, последовал за ней.
- Вы можете хотя бы одеться?
- Обнажённый мужчина для вас такая редкость?
- Я раньше никогда не задумывалась, почему все призраки одеты. Это нелогично.
- Я не призрак. Они не могут сделать ТАК, - очертания мужчины вдруг начали теряться, а в следующее мгновение Гермиону сбил с ног огромный дементор. Девушка, слегка пискнув, выхватила палочку, но перед ней снова стоял Малфой.
- Что это было? – требовательно спросила она, тяжело дыша.
- Я доказывал вам, что я не призрак, а дух.
- А какая разница? – Гермиона раздражалась всё больше.
- Я же вам уже объяснял – дух может вернуться в своё тело, а призрак – это след, оставленный на земле.
- Кому-то из нас двоих самое место в психиатрическом отделении, - девушка потёрла переносицу костяшками пальцев и снова зацепилась взглядом за выставленные на всеобщее обозрение гениталии Малфоя. Стыд-то какой!
- Грейнджер, до вас всегда так туго доходит? У меня не так уж много времени, если не начать действовать, то я действительно умру.
- Чего я от души вам желаю! И не надо смотреть на меня таким убийственным взглядом, в вашем положении это выглядит жалко и нелепо.
Гермиона, конечно, слегка кривила душой – даже голым Малфой выглядел весьма солидно. Девушка стыдливо отводила глаза, но всё же успела отметить, что у волшебника впечатляющее телосложение. Большинство людей в его возрасте страдают ожирением и не следят за собой.
- Дура, - Люциус покачал головой.
Гермиона ничего не ответила, лишь пожала плечами, и, скинув мантию, отправилась в ванную. К счастью Малфой не последовал за ней, девушка даже понадеялась, что его не будет, когда она выйдет, но мужчина со всеми удобствами устроился в кресле напротив кровати. Увидев его в своей спальне, Гермиона сжала края халата, закрывшись по самое горло.
- Задушитесь, - безразлично бросил Малфой.
- Не ваше дело, - Гермиона залезла под одеяло и вытащила из кармана палочку, сжав её в кулаке. На всякий случай.
- Если вы надеетесь поспать этой ночью, то я вынужден вас огорчить – я не предоставлю вам такой возможности.
- Почему бы вам не отправиться прямо в преисподнюю? – от души пожелала волшебница.
- Я не позволю вам со всеми удобствами наслаждаться жизнью, пока моя жена гниёт в тюрьме.
- Мистер Малфой, следствие доказало, что последнее заклинание, которое использовала ваша жена, было Авада.
- Вам не приходило в голову, святая невинность, что кто-то другой мог воспользоваться её палочкой?
- Кто, например?
- Я.
- Так вы ещё и самоубийца ко всему прочему?
- Откуда столько тупости в такой маленькой головке?
- Заткнитесь и дайте мне спать, иначе я точно не стану с вами разговаривать.
- Значит, вы согласны?
- Поговорим об этом завтра, - Гермиона широко зевнула, понадеявшись, что к утру всё решится само собой. На удивление, Люциус больше не проронил ни слова, и девушка быстро провалилась в сон.
Утро наступило быстрее, чем Гермиона успела хоть немного отдохнуть. Голова гудела, а глаза никак не хотели открываться, но мысли уже с отчаянной скоростью закрутились в голове, и девушке пришлось встать с постели. Малфоя в спальне не оказалось, но не успела Гермиона обрадоваться, как заметила, что его тело, точнее, дух, растянулся на диване в гостиной. Девушка остановилась посредине комнаты, разглядывая Люциуса. Он по-прежнему оставался обнажённым, и, недолго думая, Гермиона схватила плед в надежде прикрыть срам. Но одеяло провалилось сквозь него, к тому же, Малфой открыл глаза, заставив щёки девушки мгновенно вспыхнуть.
- Смотрите, не стесняйтесь, - разрешил он.
- Было бы на что смотреть, - отворачиваясь, пробормотала Гермиона. – Я думала, вы спите.
- Духи не спят.
- Очень за них рада.
- Вы всегда с утра в таком паршивом настроении? Или у вас давно не было мужчины?
- Просто я безумно счастлива, находясь в вашей компании, - Гермиона поставила чайник на плиту и достала из холодильника единственную баночку йогурта. Когда девушка снова повернулась к Малфою, он уже был в мантии. – Вы одеты?!
- Вам не угодить, Грейнджер. То вам не нравится, что я раздет, теперь вы недовольны, что я одет.
- Я просто…
- Разочарованы?
- Удивлена! Как вам это удалось? Вы же бестелесный!
- Сила воли, - многозначительно сказал он. – Вам не понять.
- Мёртвым вы стали ещё хуже, чем были живым.
- Вы меня и живым не особенно хорошо знали.
- К счастью, - фыркнула Гермиона. – Итак, вы не собираетесь избавить меня от своего общества, пока я не помогу вам, да?
- Совершенно верно, - Люциус брезгливо осмотрел стул, рукой стёр с поверхности несуществующую грязь, а затем величественно на него опустился. Гермиона закатила глаза и села напротив. Малфой в её маленькой старой кухоньке смотрелся дико. Настолько, что девушка до сих пор не могла до конца поверить в происходящее.
- Расскажите всё по порядку. И изложите факты, без них я не склонна верить ни единому слову.
- Как любой юрист, - пренебрежительно сказал он. – Вам когда-нибудь приходилось сталкиваться с некромантией?
- Очень поверхностно.
- Возможно, вы слышали о ритуале Духовной Силы, - Гермиона кивнула. – Известно, что чем сильнее дух волшебника, его сила воли, тем больше его возможности. Дух можно укреплять в течение жизни, но изменения будут незначительными. Если вы родились слабым, то, скорее всего, таким и останетесь. Поэтому некромантами был изобретён ритуал, позволяющий отобрать дух у другого волшебника, тем самым увеличив собственный вдвое.
- Кому, интересно, мог понадобиться ваш дух? Весьма сомнительная сила, - скептически заметила волшебница. Малфой измерил её презрительным взглядом – девушка ответила ему тем же. На столе остывал кофе. Подобное общество отбивало всякий аппетит.
- Риваль Махони, некромант в седьмом поколении. Недавно вернулся на родину из Индии, куда мигрировал с начала войны. Трус.
- Весьма предусмотрительно с его стороны, - одобрила Гермиона, скорее, наперекор Малфою, чем в поддержку некроманта.
- Опуская подробности, я узнал о его планах и решил покончить с этим раз и навсегда.
- Я смотрю, удача вам сопутствовала, - не удержалась от сарказма девушка. – Это его вы попытались прикончить палочкой жены?
- Вы меня поражаете, Грейнджер, и как вы только догадались? – не остался в долгу Люциус.
- Это талант. Так что же произошло? Вы промахнулись?
- Нет.
- Значит, вы его убили?
- Нет.
- Теряете навык.
- У некромантов особая защита, - словно маленькому ребёнку принялся объяснять Люциус. – Они, хоть и живые люди, приравниваются к мёртвецам, поэтому убить их не так просто. Всё это сложный и кропотливый процесс, основанный на убийствах невинных дев и младенцев.
Гермиона поняла, что он над ней издевается, и скрестила руки на груди.
- Вы меня за дуру держите?
- Да, - честно признался Малфой.
- С вами-то что произошло? Если он провёл этот ритуал, то каким образом ваш дух на свободе?
- Всё очень просто. Я оказался ему не по зубам.
- У вас комплекс бога, - раздражённо сказала девушка. – Неужели после своего провала этот некромант будет сидеть, сложа руки, и ждать, пока ваш дух соединится с телом?
- Нет, поэтому я и сказал, что у нас мало времени.
- У вас его мало.
- Грейнджер, я хоть и дух, но не такой беспомощный, как вам кажется, - Люциус махнул рукой, и чашка с кофе опрокинулась на Гермиону, к счастью, напиток уже успел остыть. Девушка подскочила с места и зашипела, ненавидящим взглядом уставившись на Малфоя.
- Сволочь!
- Надеюсь, вы поняли, что я имею в виду? – и, не дожидаясь ответа, Люциус добавил: - Переодевайтесь. Нечего тянуть мантикору за хвост. Вам нужно добиться, чтобы Нарциссу выпустили под залог, а вечером пойдёте на кладбище.
- Зачем?
- За моим телом.
- Ещё чего не хватало! Я не стану тащить ваше разлагающееся тело в дом!
- Оно не может разлагаться, потому что я не умер. А через три дня, если некромант не сумеет поймать в сеть мой дух, то ему придётся сжечь моё тело, и тогда всё действительно будет кончено.
- Знаете, я, пожалуй, потерплю эти три дня.
- Вы в этом уверены? – Люциус зловеще ухмыльнулся.
- Я вас ненавижу, - в сердцах бросила девушка и пошла переодеваться.


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
IrkinaДата: Четверг, 24.11.2011, 22:53 | Сообщение # 3
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
Глава 2

Больше всего в своей работе Гермиона не любила посещать тюрьму. В Азкабане всегда стоял отвратительный смрад, заставляющий съеденный утром завтрак подступать к голу. Но со временем девушка привыкла и научилась практически не замечать ни запахи, ни звуки.
Нарциссу держали на седьмом уровне, где камеры были самыми приличными. Там преступники дожидались судебного приговора, после чего их отправляли на другой уровень в соответствии с мерой наказания. Хуже всего было оказаться на самом верхнем уровне, где дементоры так близко, что жизнь кажется беспросветной тьмой.
Заключённую привели в комнату для переговоров почти сразу, как сама Гермиона туда вошла. Нарцисса провела в тюрьме слишком мало времени, чтобы это как-то повлияло на её внешний облик, разве что тёмно-синяя мантия была слегка потрёпана, а волосы заплетены в самую обычную косу. Миссис Малфой держалась надменно и не удостоила Гермиону даже кивка.
- Миссис Малфой, моё имя Гермиона Грейнджер, и…
- Я знаю, кто вы, - голос женщины звучал чуть хрипловато.
- Я буду представлять ваши интересы в суде.
- Неужели? – Нарцисса выгнула бровь и испытывающе посмотрела на девушку. – Проблемы с финансами?
- У меня нет проблем, - Гермиона чувствовала себя неуютно. Стены тюрьмы вдруг начали давить на неё, а стоящий и невидимый для остальных Люциус Малфой смущал ещё больше, чем обычно. К счастью, он хранил молчание.
- Тогда что вас сюда привело?
- Вам нужен адвокат? – раздражённо спросила девушка.
- В суде мне нужен “свой человек”, который, в первую очередь, будет заботиться о моих интересах, а не о восстановлении вселенской справедливости, - Нарцисса закинула ногу на ногу и откинулась на спинку стула. Похоже, она считала тюрьму временным неудобством и была уверена, что скоро выберется отсюда.
- Допустим, я готова стать таким человеком и сделать всё, чтобы доказать вашу невиновность.
- Скажите, мисс Грейнджер, а вы сами верите в мою невиновность?
- Да, - Гермиона покосилась на Люциуса. – Верю.
- А что, если я действительно убила своего мужа?
- Вы сделали это?
Нарцисса скрестила руки на груди и чуть улыбнулась уголками пересохших губ. Гермиона снова взглянула на Люциуса и, вздохнув, полезла за документами в сумку.
- Если вы подпишите согласие, то можете целиком и полностью на меня рассчитывать, - деловым тоном пообещала Гермиона, при этом у девушки появилась ощущение, что она ввязывается во что-то очень нехорошее.
Нарцисса выдержала положенную для раздумий паузу, а потом с видом, будто её насильно заставляют подписать бумаги, поставила в нужной графе размашистую подпись.
- А теперь вы ответите на мой вопрос?
- Да, я убила своего мужа.
- Простите? – Гермиона почувствовала, как вдоль спины пробежал холодок.
- Что вас удивляет? – как ни в чём не бывало, продолжала Нарцисса. – За последние годы он сделал много вещей, которые заслуживают смерти.
- Надеюсь, вы не сказали об этом аврорам?
- Мисс Грейнджер, за кого вы меня принимаете? Я Нарцисса Малфой, а не безмозглая простушка, вроде вас. Разумеется, я никому ничего не сказала, но следователь понял, что я очень зла на мужа.
Люциус бесстрастно хранил молчание, внимательно наблюдая за женой.
- Значит, вы просто вошли в спальню и убили мужа.
- Всё совсем не просто. И это было не в спальне, а в столовой.
Гермиона с трудом подавила стон. Девушка была совершенно уверена, что будет защищать невинного человека. Связалась с Малфоями на свою голову, не зря подсознание так отчаянно возмущалось.
- Расскажите, как всё произошло.
- Я вместе с сыном и невесткой ездила во Францию по своим делам, но мне пришлось вернуться немного раньше, чем я планировала, и я застала в постели мужа двух молодых нимфеток. Я всегда либерально относилась к его изменам, все эти интрижки для Люциуса никогда ничего не значили, но в тот вечер мы с ним поссорились. Вот я и не сдержалась. Если вам интересно, я не хотела убивать мужа и очень об этом сожалею, ведь я любила его.
- Тело нашли в спальне, - напомнила Гермиона.
- Я пыталась всё обставить, как несчастный случай, мне совсем не хотелось попасть в тюрьму.
Гермиона чувствовала, что клубок запутывается всё сильнее. Если бы справа от неё сейчас не стоял Люциус Малфой, вполне себе живой, только невидимый, то девушка беспрекословно бы поверила в историю Нарциссы.
- И последний вопрос, миссис Малфой. Вы знакомы с волшебником по имени Риваль Махони?
- Никогда о нём не слышала.
- Что же, дело будет непростым, но я сделаю всё, что в моих силах, - пообещала Гермиона, обращаясь скорее к Люциусу, чем к Нарциссе.
- Надеюсь, это ведь в ваших интересах.
- В моих интересах поскорее разобраться с этим делом, - честно ответила девушка. – Посмотрим, согласится ли судья выпустить вас под залог до слушанья.
- Если не выйдет с судьей, принесите мне чистую одежду и еду. Я не могу питаться тем, что здесь подают, - Гермиона заметила, что Нарцисса говорит точно таким же не терпящим возражений тоном, как и её супруг.
- Сделаю всё, что в моих силах, - повторилась девушка и, вымученно улыбнувшись, поднялась с места. – Всего хорошего.
Пока Гермиона шла по длинным тёмным коридорам Азкабана, она мысленно накручивала себя, желая от души всем Малфоям долго жить. Люциус ни на шаг не отставал, сохраняя подозрительное молчание. Но стоило только зайти на паром – единственное транспортное средство, соединявшее землю с Азкабаном – Гермиона не выдержала:
- Знаете, если бы вы были моим мужем, я бы тоже вас убила.
- Если бы вы были моей женой, я бы умер сам.
Гермиона и Люциус обменялись презрительными взглядами, и девушке вдруг остро захотелось его пнуть, но, к сожалению, её нога пройдёт сквозь пустоту, да и легче от этого не станет.
- Ваша история в корне отличается от истории вашей жены. Она сама призналась, что прикончила вас. Вполне здравая идея, но едва ли ваша персона стоит мучений в Азкабане.
- И какой идиот только взял вас на работу? Неужели вы не догадались, что память Нарциссы основательно подправлена?
- И про измены?
- Это к делу не относится. К тому же, меня совершенно не интересует молодые нимфетки. Я предпочитаю опытных, знающих себе цену женщин.
- Вы правы, это к делу совсем не относится, - не хватало ещё обсуждать с Малфоем его интимную жизнь. – Допустим, память вашей жены действительно изменена. Но для этого некроманту пришлось бы очень близко к ней подобраться. Как вы думаете, удалось бы это человеку, о котором Нарцисса никогда ранее не слышала?
- Нарцисса два года встречала в школе с Ривалем Махони. Он был учеником Когтеврана.
- Всё равно слишком много деталей, которые никак не сходятся.
- Слишком много деталей не хватает.
- Так, может быть, вам стоит рассказать мне всё подробнее? – предложила Гермиона.
- Я не помню всех подробностей. Я только в общих чертах знаю, что произошло. Вам придётся самой разбираться, что к чему.
Гермиона прикусила губу и сосчитала до десяти. Не стоит выходить из себя, никому от этого легче не станет. Сама понимала, что с Малфоем просто не будет. Но, Господи, как же бесит, что у неё не было иного выбора!
- Кстати, а почему только я вас вижу?
- У меня есть несколько предположений на этот счёт, но, думаю, все они вам не понравятся.
- И всё же…
- Не сейчас, мы заходим в порт.

***
Вернувшись в офис, Гермиона первым делом отправила Драко сову с просьбой прийти в контору как можно скорее. У девушки было время заняться делом Коллинзов, но Люциус решил иначе. Он заявил, что получил адвоката в своё полное распоряжение, и для неё не должно быть других дел, кроме Малфоев.
- Коллинзы полнейшие придурки. Джефф учился на Гриффиндоре, на пять лет младше меня, - Люциус заглядывал в бумаги через плечо девушки. – Чем-то напоминал отпрыска Уизли. Это же какой дурой надо быть, чтобы выйти за него замуж. Не хочу, чтобы вы занимались ими, пока мой сын проматывает моё состояние, а жена голодает и мёрзнет в тюрьме.
- Где же вы раньше были со своей заботой? – сквозь зубы спросила Гермиона, скручивая пергамент в свиток и оправляя его в шкаф. Девушка была так зла, что простейшее заклинание левитации получилось у неё только со второго раза.
- Когда назначена встреча с судьёй?
- Раньше завтрашнего утра с ним поговорить не удастся. Он очень занятой человек.
- Наслаждаетесь моим обществом?
Гермиона даже сжала кулаки на это предположение.
- Вы плохо стараетесь, Грейнджер. Кто хочет – ищет способ, кто не хочет… - Люциус позволил девушке самой закончить поговорку.
Стук в дверь избавил Гермиону от ответной реплики. В кабинет заглянула помощница.
- Что случилось, Никки?
- Пришла сова от миссис Уизли, - секретарша положила на стол записку. – Судьи нет в Лондоне. Кажется, его секретарша сказала, что он отправился в Брайтон на ежегодный благотворительный бал “Золотая Магнолия”. Его не будет целую неделю.
- Неделю! – воскликнула Гермиона, вскакивая с места. – Какой бал может длиться целую неделю?
- Любой нормальный бал, - сказала Люциус. – Если вы, конечно, не хотите, чтобы всё высшее общество Британии пустило о вас слух, что вы жалкий скупердяй.
- Спасибо, Никки, - слабым голосом сказала девушка, чувствуя себя всё хуже с каждой минутой. – Передай, пожалуйста, дело Коллинзов мистеру Дантону и скажи, что я не могу сейчас ими заниматься. Нарцисса Малфой поглощает всё моё время.
- Я думаю, он не будет против, - весомо заметила Никки, - всё-таки это огромные деньги.
- Иди, - Гермиона махнула рукой в сторону двери, а затем устало опустилась на стул.
- И что вы будете делать?
- Если вы оставите хоть ненадолго меня в покое, я придумаю, что делать, - девушка взяла со стола записку от миссис Уизли. – Почему бы вам не прогуляться? Такая возможность сделать кому-нибудь гадость и остаться незамеченным.
Люциус промолчал, считая, что отвечать на подобное предложение ниже его достоинства.
- Чёрт, - Гермиона пробежалась глазами по пергаменту. Миссис Уизли просила, чтобы девушка сегодня вечером заглянула в Нору на чашечку чая и серьёзный разговор. Молли Уизли никогда не навязывалась, она всегда рада была видеть Гермиону, но никогда не приглашала на чай с конкретной целью, а, значит, проигнорировать просьбу нельзя.
- Вы помните, что сегодня ночью вы идёте на кладбище?
- О таком забудешь, - проворчала Гермиона, сминая записку и отправляя её в корзину.
- Как вы будете действовать?
- По ситуации.
- Нужен план.
- Если он вам нужен, вы его и составляйте, - огрызнулась она. Не хватало ещё только писать тактические наработки по выкапыванию тела из могилы.
В дверь снова постучали.
- Мисс Грейнджер, к вам мистер Драко Малфой.
- Проводи его в кабинет, Никки.
Младший Малфой значительно отличался от своего отца. Впрочем, надменности и высокомерия ему тоже было не занимать, да и внешне он весьма смахивал на Люциуса, но Драко казался человечнее и был похож на разумное существо, готовое не только говорить, но и слушать.
- Грейнджер.
- Малфой.
- А ты неплохо устроилась, - Драко окинул взглядом просторный кабинет.
- Присаживайся, - Гермиона кивнула на стул напротив стола. – Я уже сообщила, что занимаюсь делом твоей матери.
- Не могу сказать, что я рад это услышать. Я не доверяю тебе.
- К сожалению, никто, кроме меня, не согласился иметь с вами дело.
- И чем же я обязан подобной чести?
- Это не имеет значения.
- Как же, - хмыкнул Драко и, откинувшись на спинку стула, взглянул на девушку оценивающим взглядом. – Я думаю, что здесь не обошлось без знаменитого гриффиндорского сердоболия. Вы склонны жалеть всех униженных и обездоленных.
- Вот уж не думала, Малфой, что ты отнесёшь себя к этой касте.
- Будь полюбезнее, Грейнджер, я тебе плачу и требую к себе уважения.
- Его нужно заслужить для начала.
Люциус подошёл к сыну и стал за его спиной, выразительно посмотрев на девушку. Гермиона вдруг развеселилась.
- Как это, должно быть, сложно - лишиться отца, - сочувствующим тоном сказала она. – Нет больше спины, за которую можно спрятаться.
Драко заметно побледнел и крепко сжал челюсти. Вот этот жест он совершенно точно унаследовал от отца.
- Грейнджер, едва ли вы чего-то добьётесь, если выведете моего сына из себя, - слова Люциуса прозвучали тихо, но имели угрожающий оттенок.
- Ладно, - девушка вздохнула, - закончим с обменов любезностями и перейдём к делу. Я попытаюсь добиться, чтобы твою мать освободили под залог до начала суда.
- Чем быстрее, тем лучше.
- Быстро не получится. И дёшево тоже. Ты должен быть готов выложить кругленькую сумму, и, возможно, сверх залога ещё кое-кому доплатить.
- Если ты думаешь, что я стану экономить на собственно матери, то ошибаешься.
- Надо же, а я и не думала, что у вас такая дружная семья. Была.
- Грейнджер, ещё слово о моей семье, и ты уволена.
- Или мертва, - добавил Люциус.
Хоть Гермиона и сомневалась, что Малфой старший в состоянии ей причинить вред, всё же приняла угрозу близко к сердцу.
- Есть ещё кое-что, - волшебница старалась смотреть только на сына, но отец за его спиной держал девушку в напряжении. – Если твою мать выпустят, то она не сможет пользоваться волшебством и будет находиться под домашним арестом и неустанным наблюдением министерства. А это значит, что в вашем доме не должно происходить ничего подозрительного или незаконного, вестись беседы, компрометирующие миссис Малфой и, конечно, вся ваша почта будет тщательно проверяться аврорами.
- Я согласен на эти условия. Действуй.
- И, - сказала Гермиона, когда Драко уже поднялся со стула. – Малфой, мне совсем неприятно это говорить, но на время суда мы с тобой должны заключить небольшое перемирие и довериться друг другу, иначе вся моя работа мантикоре под хвост.
- Ради матери я готов вытерпеть даже тебя, - высокопарно проговорил Драко и, кивнув на прощание, вышел из кабинета.
Гермиона, наконец, осмелилась поднять взгляд на Люциуса. Тот был вполне спокоен. Точнее, что творилось у него в мыслях, девушка знать не могла, потому что лицо оставалось полностью непроницаемым.
- Пока вы не научитесь отделять эмоции от работы, едва ли станете толковым специалистом, - заметил он.
- Благодарю, но я не нуждаюсь в ваших советах.
- В таком случае, хватит сидеть, займитесь делом.
- Вы, верно, шутите? – Гермиона была на грани отчаяния. – Что, по-вашему, я сейчас могу сделать?
- Я, конечно, подозревал, что вы бесполезны, но не до такой же степени! Только и можете, что ныть и трепать языком.
Девушка отвернулась к окну, разглядывая двух голубей на карнизе. В чём-то Люциус был прав. Гермиона занималась тем, что искала отговорки, не желая выполнять навязанную работу. Малфои, некромант, убийство, тёмный ритуал, похищение души – всё это возвращало девушку к тем неспокойным временам, когда она жила в неуверенности, что завтрашний день вообще наступит. К тому же, роль марионетки выводила из себя. Какая же она, должно быть, слабая, раз не может противостоять даже духу! Он из неё буквально верёвки вьёт, запугивает, а ведь неизвестно, настолько ли реальна угроза, как кажется.
- Ладно, - Гермиона решилась. – Есть у меня одна идея.
Малфой вопросительно взглянул на девушку.
- Вы со мной или нет?

***
Люциус снова хранил молчание. Девушка незаметно наблюдала за ним, и ей вдруг показалось, что Малфой немного… потерян. Нет, конечно, его решительность заставляла Гермиону скрежетать зубами, но за этот короткий срок, что они провели вместе, случались моменты, когда Люциус уходил в себя. Вся эта ситуация заставила задуматься о силе духа и воли. Гермиона кое-что читала об этом, правда, тогда ей казалось, что речь идёт о призраках – девушка ранее не думала, что эти понятия различны. В книге говорилось, что только самые сильные духом могут задержаться на земле в бестелесной форме. Душа изначально привязана к телу, это кусочек вселенской энергии, который, после физической смерти, незамедлительно возвращается во всеобщий поток. Гермиона в который раз посмотрела на Люциуса, опять погружаясь в свои мысли. Когда-то давно девушка сделала вполне конкретный вывод о Малфое, считая своё решение справедливым на протяжении всех этих лет. Алчный, корыстный, высокомерный, жестокий, жаждущий власти и беспринципный. О том, что такие понятия, как сила воли и забота о семье, вообще существуют у этого человека, Гермиона даже не задумывалась. Трудно представить, что волевой человек мог поддаться влиянию Тёмного Лорда.
Гермиона остановилась у двери с табличкой Поттер, Г. Дж., и постучала.
- Входи, Гермиона, - раздался голос друга.
Девушка не удивилась, что Гарри узнал о её приходе ещё до того, как она вошла. У авроров своя система. Возможно, у него даже прозрачная дверь, если смотреть со стороны кабинета, но об этом может знать только сам Гарри. Гермиона не расспрашивала, чтобы не ставить его в неловкое положение, на случай, если аврорам запрещено распространять подобную информацию.
- Прости, что без предупреждения, но я по делу.
- Я всегда тебе рад, - искренне сказал Поттер.
- Я занимаюсь делом Нарциссы Малфой.
Даже если Гарри и удивился, то не подал вида.
- Не самое простое дело, - наконец, сказал он. – И хочу тебя огорчить, авроры настроены решительно. Они намерены судить её по всей строгости.
- Кто выступает обвинителем?
- Брайс.
- Можно было и не спрашивать, - сокрушённо произнесла Гермиона. Аврор Брайс был слегка неуравновешенным типом и искренне ненавидел всех адвокатов. И он был лучшим – засадил за решётку чуть ли не больше преступников, чем Грюм.
- Всё ещё уверена, что хочешь этим заниматься?
- Ты же знаешь, я люблю трудности, - ободряюще улыбнулась Гермиона. – Гарри, мне нужно, чтобы ты достал мне её дело. Я хочу знать всё, что она говорила на допросе.
- Но…
- Гарри, я никогда тебя ни о чём подобном не просила и впредь не попрошу. Но единственный раз мне нужно, чтобы ты нарушил правила. Ради меня.
Друг очень внимательно посмотрел Гермионе в глаза, а затем кивнул.
- Сиди здесь, я скоро вернусь.
Как только дверь закрылась, девушка взглянула на Люциуса, неподвижно стоявшего у двери. Казалось, что он даже не слышал разговора Гарри и Гермионы. Может, и к лучшему, что он молчит. Меньше раздражает.
Гарри вернулся действительно скоро. В руках он держал стопку бумаг.
- У тебя пятнадцать минут, - сказал он. – Копии с нашего пергамента ты сделать не сможешь. Прочесть тоже не успеешь, так что не знаю, как это тебе поможет…
- Когда не действует магия, - Гермиона полезла в сумку, - нужно обратиться за помощью к магглам.
- Фотоаппарат? – восхитился Гарри. – И как это я раньше не подумал!
- Я уже давно привлекла на свою сторону технический прогресс, - сказала девушка, щёлкая кнопкой. – Многие документы невозможно скопировать волшебным путём. Зато вот такая простая цифровая камера и экран компьютера творят чудеса. Волшебникам бы стоило лучше следить за миром, в котором они живут.
- Консерватизм – это наша отличительная черта.
- Я знаю, потому и пользуюсь этим, - Гермиона снова спрятала камеру в сумку. – Гарри, я ещё хотела спросить, с кем, кроме судьи Фокса, можно договориться о выпуске заключённого под залог?
- С Брайсом.
- Почему я не удивлена? – Гермиона легонько хлопнула себя ладошками по коленкам. – Ладно, спасибо за помощь.
- Тебя здесь не было.
- Меня здесь не было, - серьёзно подтвердила девушка и поспешила покинуть здание Министерства.

***
Возвращаться в контору Гермионе не хотелось. К тому же, чтобы прочесть бумаги, нужен компьютер. Пришлось идти домой, хотя, почему-то, тоже не хотелось. На свежем воздухе думалось гораздо лучше, к тому же, Люциус практически не разговаривал, когда рядом находились люди. Можно было сделать вид, что его просто нет.
Гермиона распечатала снимки и с удобством устроилась на софе, принявшись за чтение. К большому огорчению девушки, ничего полезного в допросе она не нашла, зато могла предположить, как будет строить свои обвинения Брайс. Это немного облегчало её задачу в суде – проинформирован, значит, вооружён.
Время медленно близилось к вечеру. Гермиона по-прежнему старалась не думать о походе на кладбище, поэтому сосредоточилась на чае с миссис Уизли. Малфой был не в восторге от того, что им придётся провести некоторое время в обществе ненавистного ему семейства.
- Я вас туда насильно не тащу, - резко ответила девушка на его обвинения. – Почему бы вам не отправиться на поиски вашего некроманта и не узнать, что он замышляет?
- Чтобы он тут же меня схватил?
- Тогда навестите сына. Или жену. Можете даже наведаться в гости к Брайсу и узнать о его планах.
- Это плохая идея, - отрезал он.
Гермиона развела руками в стороны, не зная, что ещё предложить.
- Кстати, завтра вы едете в Брайтон.
- Простите?
- Приглашение на бал у вас в сумке, - сообщил Малфой.
Гермиона послушно сунула руку в карман и извлекла оттуда конверт с приглашением.
- Как оно оказалось у меня в сумке?
- Я его туда положил.
- Где вы его взяли?
- На столе у Поттера.
- Но… вы украли его?! – возмутилась девушка.
- Кажется, Поттер не собирался на бал.
- Поверить не могу, - Гермиона сокрушённо покачала головой. – Вы не только не в своём тело, вы к тому же и не в своём уме. И я не поеду на бал. Единственный, на котором я была в своей жизни, закончился не очень хорошо.
- Я даже не стану вам напоминать, что у вас выбора нет, - скучающим тоном сказал Люциус, заставив Гермиону снова молча скрежетать зубами от злости.
- Ладно, но, в таком случае, я иду к Уизли.
- У вас есть пару часов до наступления темноты, - великодушно позволил Малфой.

***
Меньше всего на свете Гермиона ожидала встретить на кухне миссис Уизли Рона. Девушка так удивилась ему, будто он не был сыном Молли и когда-то не жил в этом самом доме.
- Привет, - Рон пребывал в хорошем расположении духа и, крепко сжав Гермиону в объятиях, пылко поцеловал её в губы. – У меня хорошая новость.
- Какая? – Гермиона очень смутилась. Рон был уверен, что свидетелей их поцелуя не было. Разумеется, он не мог заподозрить, что рядом стоит Люциус Малфой и презрительно улыбается.
- Я нашёл его! – торжественно сказал Рон. – Твоё кольцо.
- Моё кольцо?
- Обручальное, Герм! – парень вытащил из кармана коробочку. – Фамильная реликвия.
Гермиона ошарашено смотрела на тоненькое золотое колечко с маленьким красным камешком.
- Какое милое! – выдавила девушка из себя и улыбнулась, молясь, чтобы её щёки предательски не покраснели.
- Какое убожество, - заключил Люциус. – Большего от Уизли я и не ожидал.
- Одень мне его на палец, - громко сказала Гермиона, стараясь заглушить голос Малфоя.
Рон чуть неуклюже взял руку девушки в свою ладонь и только со второй попытки попал кольцом на палец. Люциус громко хмыкнул, и, всё еще презрительно скалясь, отошёл в сторону.
- Теперь оно твоё до конца жизни!
- Спасибо, - сипло ответила Гермиона и, не обращая внимания на Малфоя, поцеловала будущего мужа.
- Так, все в сборе, - бодрым голосом сказала миссис Уизли, заходя на кухню. За ней следовали Флёр, Джинни и Алиссия, жена Джорджа. – Рон, Гермиона, мы хотим поговорить с вами о вашей свадьбе.
Джинни сгримасничала, всеми силами давая подруге понять, что она тут ни при чём. Улыбка застыла на лице Гермионы. Главное, ничем себя не выдать.
- Очень мило с вашей стороны.
- Мы считаем, что церемония не должна быть скромной, вы ведь не последние люди в стране, - не без гордости заявила Молли.
- Это всё ерунда! – высоким голосом возразила Флёр. – Свадьба должна быть пышной, потому что это самый лучший день в вашей жизни! Он должен запомниться! Платье, цветы, скатерти – всё должно быть продумано!
Гермиона подставила руку под подбородок и с такой же застывшей улыбкой внимала словам Молли и Флёр. Девушка кивала головой, делая вид, что внимательно слушает. К счастью, ответов от неё не требовали, как всегда, всё решив за спиной. Рон, кажется, был на стороне матери. Мучение продлилось не так уж и долго. Гермиона дала разрешение заниматься свадьбой Флёр и Молли, понимая, что пожалеет об этом в скором времени, но в последнее время никто не считался с её мнением. Как ни прискорбно, Малфои сейчас волновали девушку куда больше.
- Пора идти, - непререкаемым тоном заявил Люциус, когда чаепитие превратилось в разбор сплетен.
- Одну минуту, - одними губами проговорила девушка и жестом показала Джинни, что хочет переговорить с ней наедине.
Подруги снова оказались в той части сада, где разговаривали в прошлый раз. Символично, ведь разговор будет иметь один и тот же предмет.
- Джинни, ты всё ещё хочешь изучить Люциуса Малфоя?
- Что-что? – девушке показалось, что она ослышалась.
- Слушай, то, что я скажу, прозвучит странно. И, поверь, я не сошла с ума…
- Грейнджер, что вы задумали? – в голосе Люциуса послышалась тревога.
- Ты ведь имеешь в виду того самого Люциуса Малфоя? Мёртвого?
- Ну, у меня есть теория, что он не такой уж и мёртвый.
- Но его же похоронили!
Гермиона выразительно посмотрела подруге в глаза, надеясь, что та сама догадается, куда ведёт её ход мыслей.
- О, боже! – Джинни не разочаровала. – Ты собираешься вытащить Малфоя из могилы? – Гермиона кивнула. – Расскажи мне всё.
- Джинни, я не могу. У меня нет фактов, и ты не поверишь мне без них.
- Знаешь, дорогая, твоя работа тебя портит, - обиженным тоном сказала подруга. – Вы, юристы, даже слушать не хотите без доказательств и фактов. А я тебе поверю, ведь ты мой близкий человек – моя подруга! И твоё слово стоит тысячи фактов.
- Извини, - Гермиона почувствовала себя виноватой. – Ладно, только если ты после всего этого упрячешь меня в психушку, я пойму.


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
IrkinaДата: Четверг, 24.11.2011, 22:57 | Сообщение # 4
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
Глава 3

Когда солнце окончательно спряталось за горизонтом, небо затянуло тучами, словно нарочно позволяя двум тёмным фигурам сливаться с чёрными памятниками и монументами. Джинни уверенно шла вперёд, в то время как Гермиона постоянно оглядывалась по сторонам, пугаясь каждого шороха. Люциус уже высказал по этому поводу своё весомое мнение, на что девушка обиженно замолчала. Она ведь не трусиха, первая готова ринуться в бой! Но от мысли, что ей придётся вскрыть могилу, дурнота подкатывала к горлу. К тому же, меньше всего на свете Гермиона хотела, чтобы кто-то застал её за подобным непотребством.
- Знаешь, что меня больше всего интересует в этой истории? – голос Джинни звучал бодро. Кажется, мысль, что она изучит необычный, с медицинской точки зрения, случай воодушевляла подругу.
- Что? – откликнулась Гермиона.
- Ты видишь духа. Одна ты. Я бы поняла, если бы, ты, например, видела призрак любимого парня или любого другого важного для тебя человека. Но почему Люциус Малфой?
- Сама задаюсь этим вопрос. Странно всё это.
- Поверьте, Грейнджер, вы последний человек на земле, которого я бы хотел встретить после смерти.
Гермиона злобно глянула на спину Люциуса. И за что ей такое наказание?
- Я помню, когда мне было лет шесть, - начала Джинни, - недалеко от Норы жила одна сумасшедшая. Она постоянно разговаривала с умершими, даже как-то предложила маме вызвать с того света бабушку.
- Звучит обнадёживающе. Если духи начнут приходить ко мне толпами, я, пожалуй, тоже сойду с ума.
- Я просто веду к тому, что ты необязательно сумасшедшая. Возможно, у тебя есть особенный дар. Насколько я помню, та старушка была предсказательницей.
Гермиона представила себя в больших круглых очках и разноцветных шалях Трелони, и девушку перекосило.
- Нет. Во-первых, это не дар, а проклятие, во-вторых, у меня нет никаких склонностей к предвидению и близко.
Джинни пожала плечами, но ничего не ответила. Они как раз подошли к могиле Люциуса Малфоя. Девушки застыли в нескольких шагах от свежей мраморной плиты, от которой слегка исходило зеленоватое свечение.
- Стоять будете или, может, за дело примитесь? – сердито спросил Люциус.
- Джинни, а если там окажется разлагающийся труп?
- Значит, ты сошла с ума, - подруга достала палочку из кармана. – Может, сама это сделаешь?
- Я попробую, - Гермиона произнесла заклинание, но голос так дрожал, что ничего не вышло. Только с третьей попытки плита поднялась вверх, а Джинни вытащила на поверхность гроб.
- Поторопитесь, - подгонял Малфой, - нечего тут возиться.
Гермиона могла поклясться, что он нервничал. Девушка подошла ближе к подруге, которая уже склонилась над крышкой.
- Гермиона, снимай её, я посмотрю, как обстоят дела.
- Хорошо, - всё ещё нетвёрдой рукой девушка взмахнула палочкой, открывая гроб.
Джинни легонько присвистнула:
- Ничего себе!
- Что? Что там? – забеспокоилась Гермиона. Её воображение уже нарисовало ужасающую картину.
- Ничего.
- Что значит ничего?
- Это значит, что гроб пуст, - ответил за неё Люциус.
- Пуст?! – Гермиона от удивления забыла о соблюдении тишины, и её звонкий голос эхом прокатился по всему кладбищу.
Малфой очень грубо выругался.
- Я сама видела, как опускали в землю гроб С ТЕЛОМ! Я видела!
- Гермиона, кажется, его кто-то украл.
- Я понимаю, что он не сам ушёл, - огрызнулась волшебница. – Я просто очень удивлена. Похоже, это ваш друг-некромант постарался, - обратилась девушка к Люциусу.
- Уходим отсюда, - только и сказал Малфой, удаляясь от собственного места упокоения.
- А как же могила? Мы что, всё так и оставим?
- Какая теперь разница? – в голосе духа вдруг прозвучала такая горечь, что Гермионе на мгновение стало его жаль.
- Нет, нужно всё привести в порядок, - девушка дала знак Джинни и сама взялась за палочку. – А то завтра пойдут статьи о том, что вы стали инферналом, либо вообще вознесут в лик святых.
Люциус снова выругался, но уже не так грубо, а девушки с воодушевлением закопали гроб обратно, в полголоса рассуждая, где теперь искать тело.
- Нужно начинать с Риваля Махони. Больше тело Малфоя никому и даром не нужно.
- Пожалуй, - согласилась Гермиона. – Но я же не могу пойти к нему в дом и потребовать, чтобы он отдал тело! Он меня и сам заодно в духа превратит.
Подруги справились с могилой и поспешили уйти с кладбища.
- Что вообще известно об этом волшебнике, кроме того, что он некромант? – Гермиона обращалась к Люциусу, но Джинни, решив, что вопрос адресован ей, ответила:
- О Ривале Махони я точно никогда не слышала. Зато сестра моей бабушки когда-то вышла замуж за волшебника по имени Агнус Махони. Насколько я знаю, он был весьма состоятельным человеком. У него было несколько поместий, однажды в детстве мы с мамой побывали в его замке в Брайтоне…
- В Брайтоне? – тут же оживилась Гермиона. – А не там ли проводится благотворительный бал в этом году?
- Возможно, - не очень уверенно ответила Джинни. – А что?
- Похоже, мне удастся убить двух зайцев сразу, - девушка улыбнулась и повернулась к Люциусу. Оказалось, тот тоже прислушивался к разговору. – Как вы думаете?
- Посмотрим, что из этого выйдет, - Малфой не разделял оптимизм, но поездка на бал – это его идея, к тому же, там будет судья.

***
Домой Гермиона вернулась глубоко за полночь. Девушка чувствовала себя уставшей, как выжатый лимон. Слишком много переживаний за день, постоянные пикировки с Люциусом отнимали изрядную часть душевных сил. Единственная утешающая мысль была о крепком здоровом сне. И Гермиона уж никак не ожидала встретить дома Рона.
- Ты где была? – с порога спросил он.
Гермиона вздрогнула и посмотрела на жениха умоляющим взглядом. Пусть бы он отложил свои вопросы до утра, девушка слишком устала, чтобы выдумывать правдоподобную историю.
- Работала, - уклончиво ответила она. – Я думала, ты собирался остаться у мамы сегодня.
- Не переводи тему. Вы с Джинни куда-то исчезли без предупреждения, мы с Гарри, как дураки, несколько часов проторчали в саду, дожидаясь вас.
- Я не просила меня ждать. Ты же знаешь, у меня сложное дело.
- У тебя всегда сложное дело. А я волновался!
- Прости, Рональд, я не думала…
- Ты последнее время вообще не думаешь, - перебил он. – Исчезаешь, избегаешь меня. И что это за дела у тебя с моей сестрой?
- Она мне помогает. Мне нужен был медицинский эксперт.
- Для развода? – скептически уточнил парень.
- Нет. Я… - Гермиона вздохнула. – Занимаюсь делом Малфоев.
Лучше бы она этого не говорила. Рон моментально стал красным, как рак, и надулся от возмущения.
- Малфои? – он перешёл на крик. – Так вот, на кого ты меня променяла? На этих скользких гадов, которые до того из ума выжили, что начали убивать друг друга! Я не ожидал от тебя такого предательства.
- Ты закончил? – спокойно спросила девушка.
- Как у тебя вообще язык повернётся, защищать эту тварь в суде?
- Рон, Нарцисса Малфой ни в чём не виновата. И я единственный человек, который сможет ей помочь.
- Нарцисса Малфой, как и всё её семейство, виновата во многих грехах! Да мне противно от одной мысли, что ты пытаешься ей помочь! Это уже переходит всякие границы. Кого станешь защищать следующий раз? Может, оправдаешь Беллатрикс Лестрейндж посмертно?
Гермиона не знала, что ответить. Она чувствовала себя разбитой, оскорблённой и грязной. С точки зрения Рона она совершила предательство. Но его слова, почему-то, возымели противоположный эффект – волшебница решила выиграть это дело во что бы то ни стало. Рон бурно реагирует на многие решения девушки, но рано или поздно смиряется.
- Рон, уже поздно, - тихо проговорила Гермиона. – Давай, поговорим с тобой об этом с утра, когда ты успокоишься…
- Я не собираюсь успокаиваться! – бушевал он. – Мало того, что ты сама руки мараешь, так ещё и мою сестру втягиваешь! Впредь я не хочу, чтобы она тебе помогала. Джинни честная и порядочная волшебница.
- Значит, я непорядочная и лживая?
- Ты связалась с Малфоями. Ты будешь выгораживать в суде людей, на чьём счету многие загубленные жизни и судьбы. Это делает тебя такой же, как они. Видеть тебя не могу.
- Рон…
- Иди к чёрту, - бросил он и ушёл, яростно хлопнув дверью.
- Всё ещё собираетесь замуж за эту истеричку? – хмыкнул Люциус, о чьём присутствии девушка успела позабыть.
Она стояла посреди комнаты, ощущая, что почва уходит из-под ног. Гермиона потеряла контроль над своей жизнью, и летела теперь в тартарары. Появление Малфоя так многое поменяло за столь короткий срок, что всегда уверенная в своей правоте волшебница почувствовала себя бесполезной и беспомощной. А Рон… когда-то было время – он понимал её, ценил, готов был поддерживать во всём. Гермиона всегда знала, что может положиться на него, но что же случилось теперь?
Девушка вошла в спальню и, не раздеваясь, упала на кровать, свернувшись клубочком. По щеке скатилась злая слеза, в носу защипало, а горле перехватило дыхание. Гермиона изо всех сил старалась не разреветься, но предательские слёзы хлынули из глаз, а плечи затряслись в судорожных рыданиях. Девушка закусила зубами подушку, чуть приглушая плач.
- Нет зрелища хуже, чем рыдающая волшебница, - сквозь всхлипы услышала Гермиона. – Это смотрится так жалко.
- Убирайтесь в ад, - зло бросила девушка и зарыдала с новой силой. Она мечтала остановиться, но всё становилось только хуже. Казалось, вся несправедливость, которая есть в мире, обрушилась на неё. Она пытается помочь людям, сама не понимая, зачем ей это надо, а в ответ получает только унижения и презрение. Да кто, вообще, Рон такой, чтобы решать – кто заслуживает оправдания, а кто нет?
- Попросите свою подругу медика вшить вам хребет, - забавлялся Люциус. – Такая бесхарактерная особа просто не имеет права на существование.
Гермиона нащупала рукой на прикроватной тумбочке небольшую нефритовую шкатулку и со всей злостью запустила ею в Малфоя. Разумеется, вещь пролетела сквозь него и с грохотом упала на пол, разлетевшись на части.
- У вас нарушение психики, ко всем прочим вашим недостаткам. Пожалуй, Уизли сделал первое верное решение в своей жизни – ушёл. Даже он заслуживает лучшего.
Гермиона громко втянула носом воздух, впадая в ярость. Она злилась всё сильнее, и это заставляло рыдания уняться. Девушка мысленно начала рисовать картины, как расправляется с Люциусом Малфоем, и это успокаивало. Она придумывала тысячи обидных, ехидных и остроумных реплик, которые могли бы поставить этого нечеловека на место, и с этой мыслью Гермиона провалилась в сон.

***
Девушка проснулась от тупой боли в шее. Голова от ночных рыданий гудела и была тяжелее, чем обычно. Всё тело затекло от сна в неудобной позе, но Гермиона не спешила подниматься. Хотелось оттянуть момент, когда она снова окунётся в этот сумасшедший омут. Пару минут спокойствия наедине с собственными мыслями она заслужила.
- Долго собираетесь делать вид, что спите? – поинтересовался Люциус.
- Минут пять, - честно призналась девушка и, нехотя, повернулась на спину, растирая больную шею. – Вы снова без одежды?!
- Как видите.
- Почему?
- Нравится наблюдать, как вы краснеете, - ехидно сказал он.
- Я не краснею, - вопреки словам щёки Гермионы покрылись румянцем.
Люциус хмыкнул, но почему-то решил пояснить:
- Вы ничего не знаете о духах, верно? – и не дожидаясь кивка, продолжил. – Такое явление происходит крайне редко, и, чаще всего, духи – это просто, так сказать, сгусток энергии. Если можно это с чем-то сравнить, то, скорее, с небольшим облаком, которое следует туда, куда дует ветер. Во-первых, сложно сопротивляться, во-вторых, подобное безвольное состояние позволяет дольше задержаться на земле, и появляется шанс вернуться в собственное тело. Если дух начинает растрачивать свою энергию на то, чтобы принять не абстрактный, а вполне конкретный облик, то его шансы выжить значительно меньше.
- Значит, то, что вы пришли ко мне в виде… человека – медленно убивает вас? – изумилась Гермиона.
- Можно и так сказать, - Люциус кивнул. – Раз уж я дух, я не чувствую ни жары, ни холода. Всё, что у меня есть, это моя энергия вкупе с силой воли. Моя нагота мне не мешает, наоборот, позволяет сохранить больше сил. Но, раз уж вы такая стыдливая, приходиться растрачивать и так иссякающую энергию.
- Я не стыдливая, - обиделась девушка. – Что я здесь не видела?
- Судя по вашей реакции – многого, - хмыкнул Малфой. – Ладно, побережём ваши нежные чувства. Поднимайтесь и приведите себя в порядок, сегодня много дел.
- Неужели? – Гермиона скептически повела бровью.
- Если всё пойдёт по моему плану, у вас сегодня встреча с судьёй.
Хоть Гермионе и хотелось возмутиться, она вдруг поняла, что собственного плана у неё нет. Хорошо, что хоть кто-то в этой ситуации думает. Быть марионеткой неприятно, но другого выхода пока нет. А дальше будет действовать по ситуации. К тому же, нужно выяснить кое-что об этих загадочных Махони.
Когда девушка вышла из ванной – причёсанная и одетая в простое ситцевое платье, Люциус предстал перед ней в строгих чёрных брюках и простой белой рубашке. Наверное, чем менее замысловатый внешний облик, тем меньше сил на это уходит, хотя Гермиона не была уверена до конца.
- Если программа развлечений будет стандартная, то сегодня первый бал, - сказал Малфой. – Вы вполне успеете на него попасть. У вас есть подходящие платья и нарядные мантии?
- У меня есть платье, которое я надевала на свадьбу Гарри и Джинни, - Гермиона открыла шкаф. Люциус некоторое время молча изучал развешанные по вешалкам строгие рабочие костюмы, а потом отвернулся.
То, что он ничего не сказал, показалось Гермионе дурным знаком.
- Я не часто езжу на балы, - несчастным голосом пробормотала девушка в свою защиту.
- Это привилегия чистокровных волшебников, - спокойно ответил он. – У нас нет времени ждать, пока будет готов нужный комплект одежды. Вам придётся одолжить несколько нарядов у моей жены.
- Ни за что! – возмутилась Гермиона.
- Согласен, не лучший вариант. На вас они будут смотреться, как седло на корове. Вы худая и плоская, как доска, но есть несколько простых заклинаний, которые мигом подгонят одежду по фигуре.
Гермиона промолчала, обижаясь ещё сильнее. Конечно, она не ждала лестных высказываний в свой адрес от Малфоя, но и на доску она не походила. И если она не выставляет грудь напоказ, это не значит, что её нет. К тому же, Нарцисса Малфой сама не идеал.
- Неужели вы думаете, что ваш сын так легко впустит меня в дом и позволит взять одежду? Не могу же я ему сказать, что вы позволили это сделать.
- Скажите, что моя жена просит принести ей некоторые вещи в Азкабан, - отмахнулся Люциус. – А ещё вам нужен экипаж. Ни один уважающий себя волшебник не прибудет на бал по каминной сети или порталу.
- Почему? – удивилась Гермиона.
- Таковы традиции, а в высших кругах их ценят и чтут.
Гермиона решила, что больше не в силах препираться и, быстренько перекусив, отправилась с визитом в Малфой-мэнор.
Драко дома не оказалось, зато была его жена Астория, вполне любезно проводившая Гермиону в спальню старших Малфоев. Девушка зареклась чему-либо удивляться, но, оказавшись в комнате, невольно растерялась от подобной изысканности.
- Гардероб за той дверью, - указал Люциус на большое зеркало в витиеватой оправе. Гермиона бы никогда и не подумала, что это дверь. Девушка легонько толкнула её и снова с трудом сдержала восторженный вздох. Гардероб оказался раза в три больше, чем её собственная спальня. Наверное, Нарцисса Малфой, раз надев платье, больше никогда на себя его не примеряла. Ужасное расточительство, но раз уж в высших кругах такие традиции…
- Вот это, это, это и это, - Люциус по-хозяйски указывал на платья, которые девушка, не успев рассмотреть, заколдовывала и быстро запихивала в сумку. Потом будет разбираться, сейчас главное уйти отсюда поскорее. Малфой так же подобрал к нарядам драгоценности, предупредив Гермиону, что если чего-то не досчитается после бала, то выставит ей счёт. Девушка презрительно фыркнула, ничего не ответив на подобное оскорбление. Она отыскала среди всего этого излишества самые простые брюки и тёплый свитер, которые определённо пригодятся Нарциссе, и спустилась с этими вещами в холл, где её ожидала Астория. Гермионе не хотелось задерживаться в этом зале, ведь именно здесь несколько лет назад она пережила самые худшие минуты своей жизни. Волшебнице даже показалось, что ей мерещится у камина фигура Беллатрикс.
- Мисс Грейнджер, скажите, каковы шансы у Нарциссы?
- Дело не из простых. Слишком много улик, которые указывают на её вину.
- Я не верю, что она убила Люциуса. Она ведь любила его.
- Я тоже думаю, что она его не убивала, - обнадёживающе улыбнулась Гермиона.
- Знаете, хоть Драко и не очень вам доверяет, я уверена, что вы наша единственная надежда. Я много о вас слышала – если не получится у вас, значит, не получится ни у кого.
- Спасибо, - Гермиона оказалась слегка ошеломлена словами Астории. Это был первый представитель семьи Малфоев, который сказал хорошее слово в её адрес. Впрочем, возможно влияние чистокровного семейства ещё не успело испортить новоиспечённую миссис Малфой.
- Очень надеюсь, что Нарцисса скоро вернётся домой.
- Сделаю всё возможное, - пообещала Гермиона, направляясь к выходу.
- Маленькая лицемерка, - прошипел Люциус.
- Это вы мне?
- Нет, это я о своей невестке.
- Мне показалось, она была искренней.
- Конечно, она чувствует себя виноватой перед Нарциссой.
- За что?
- К делу не относится, - внезапно прервал разговор Люциуса. – Вам ещё нужно отправить вещи моей жене и найти экипаж.

***
- Итак, вы должны усвоить три простых правила высшего света: не говорить умными фразами, беседа должна быть легкомысленной, ни к чему не обязывать. Забудьте все книги, которые вы когда-либо читали. Вас не должна интересовать ни политика, ни наука. Темы для разговоров – квиддич, мода, искусство, последние сплетни. На все вопросы мужчин лучше всего отвечать односложно – да или нет. Если решите проявить характер и начнёте спорить, тут же станете изгоем.
- Понятно.
- Правило номер два – поведение за столом. Во время ужина предполагается несколько смен блюд. Если вы решите съесть всё, то уже после третьей смены у вас начнутся проблемы с желудком. Чего-то не попробовать – дурной тон. Вам придётся отрезать по маленькому кусочку от каждого блюда, только в этом случае вы сумеете достойно справиться с десятым.
- Десять? Десять блюд?!
- Как правило, их бывает от пяти до семи, но всё зависит от хозяина дома. Чаще всего они стремятся переплюнуть своих предшественников, а в прошлом году было девять блюд, так что будьте готовы. Советую вам занять себя беседой с соседом. Кстати, если вы будете сидеть за столом молча, на вас тоже начнут странно смотреть.
- Если я буду разговаривать сама с собой, это не поспособствует моей репутации, - заметила Гермиона.
- Скорее всего вас вовлекут в беседу, так что не переживайте на этот счёт. И, последнее правило – танцы. Здесь всё по старой европейской традиции. Чаще всего будет звучать вальс. Вам не обязательно танцевать со всеми - чтобы не отказывать в танце, опять же, присоединитесь к беседе или карточной игре. Однако вы обязаны станцевать несколько вальсов, чтобы вас не посчитали неумехой, и, конечно, отказать хозяину дома вы просто не имеете права – это нанесёт ему личное оскорбление.
С каждым словом Малфоя Гермиона бледнела всё сильнее. Танцы. Вальс! Она один раз в жизни танцевала вальс, и это было ужасно. Она совершенно не умеет двигаться.
- А без танцев никак нельзя обойтись?
- Никак.
- Но…
- Ничего не хочу слышать.
- Вам придётся. Я не умею танцевать. Точнее, я знаю основы, но если придётся выйти на паркет, все моментально раскусят мою игру. Я не танцую вальсы и не езжу на балы. Это дикость! - сокрушалась Гермиона.
- Подобные вам рано или поздно разрушат устои мира, который просуществовал не одну сотню лет.
- Подобные мне?
- Грязнокровки.
- Ваш мир давно изжил себя. Кому нужны все эти бессмысленные балы и развлечения? Подобные ВАМ собираются в стаю лишь для того, чтобы лишний раз убедить себя в своей исключительности, а на деле вы ведёте пустые разговоры ни о чём и цепляетесь за традиции, которые для нормальных людей не имеют никакого значения. Пусть всё это красиво снаружи, но абсолютно пустое изнутри.
- Не пытайтесь понять то, что вам не дано понять от рождения.
- Поверьте, если бы не острая необходимость, я бы предпочла остаться от всего этого лицемерия как можно дальше.
- Хватит жалеть себя. Поднимайтесь.
- Зачем?
- Я покажу вам, как танцуют вальс.
- Но…
- Грейнджер, вы испытываете моё терпение.
Гермиона встала и прикусила язык, чтобы с него не сорвались оставшиеся возражения. Как же она устала! И трёх дней не прошло с тех пор, как появился Люциус Малфой, а девушке казалось, что она работает без перерыва уже целый год.
- Подойдите ближе или вы не знаете, что вальс – это парный танец?
Девушка послушно подошла к Малфою и взглянула на него. Это любопытно. Интересно, как он, будучи духом, собирается учить её танцевать? Люциус прикрыл глаза и сосредоточился, а затем протянул руку к Гермионе. Она почувствовала лёгкое, совершенно необычное прикосновение – настолько мягкое и лёгкое, что волшебница тут же почувствовала себя неуклюжим медведем.
- Спину держите прямо. Руку чуть согните. Расслабьтесь и доверьтесь партнёру.
Доверится Люциусу Малфою? Только этого не хватало.
- Грейнджер, вы наступаете мне на ноги.
- Вы же дух, вам не больно.
- Сосредоточьтесь. Что вы как палка? Совершенно ни на что не годитесь. Не отстраняйтесь от партнёра. И не прижимайтесь так близко. Смотрите в глаза, а не по сторонам.
Несколько мгновений она вальсировали молча, глядя друг другу в глаза. Гермиона испытывала странные, ни на что не похожие чувства. Она танцевала с духом, и это было самое необычное ощущение, которое ей только приходилось испытывать. Люциус вёл её в танце, но не физической силой, а духовной. От одной мысли, что она прикасается к живой душе, у Гермионы перехватывало дыхание. Это так необычно!
- У вас это отнимает много сил? – шёпотом спросила девушка. – Я чувствую, как вы касаетесь меня, ведь это, должно быть…
- Да, - тихо ответил он, - это истощает меня сильнее, чем всё остальное. Но я надеюсь на скорое завершение этой истории, так что не стоит беспокоиться о моей участи.
- А если вы умрёте?
- Значит, я умру.
Гермиона кивнула, и Малфой отпустил её.
- Думаю, вы готовы. Нет смысла терять время, которого и так мало. Экипаж прибудет за вами через час, так что одевайтесь.
Гермиона вернулась в спальню и растеряно принялась осматривать приготовленные наряды. Она совершенно не имела понятия, что ей надеть. Любое из этих платьев стоило больше, чем весь её гардероб. Все платья были слишком красивыми и шикарными, непривычными и чужими.
- Надевайте вот это, - подсказал Люциус, указывая на светло-серое платье.
- А что, если меня не пустят? – выдала свой страх Гермиона.
- Они не посмеют. Во-первых, у вас приглашение. Во-вторых, в этом мире не осталось волшебника, который бы не знал ваше имя. Вас вынуждены терпеть в любом обществе.
- Тогда к чему мне все эти правила?
Люциус пожал плечами.
- Если вам угодно стать предметом обсуждений и слухов, можете их не соблюдать. К тому же, одно дело, когда общество ОБЯЗАНО спокойно переносить ваше присутствие, и совсем другое дело показать им, что вы такой же светский человек. Чтобы добиться максимальной отдачи, нужно стать “своей”.
- Но мне ведь нужно только поговорить с судьёй, ничего больше.
- Кто знает, - загадочно протянул Малфой. – Одевайтесь. Пунктуальность –вежливость королей.


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
IrkinaДата: Четверг, 01.12.2011, 22:10 | Сообщение # 5
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
Глава 4

Экипаж превосходил все самые смелые ожидания. Гермиона лишь единожды видела живых пегасов, а теперь четверка белокрылых лошадей мчала её на юг в Брайтон. В такие моменты можно было бы поверить в сказку, если не существовало слишком много противоречий. Неприятный осадок оставался после встречи с Роном. Он ушёл и хлопнул дверью, но что это значит? Он обиделся и пока не хочет её видеть или это действительно конец? Гермиона отгоняла последнюю мысль. Они ведь созданы друг для друга, всё не может кончиться так глупо, только не из-за Малфоя. Это нелепо.
Так же девушку одолевали сомнения по поводу предстоящего бала. Люциус определённо что-то задумал, но не сознаётся в этом. Гермиона опасалась, что по его милости вляпается в ещё большие неприятности. Допрашивать духа бесполезно – если он не хочет отвечать, то будет хранить молчание. Ему доставляет удовольствие злить девушку, и Гермиона пыталась изображать холодное безразличие ко всему происходящему.
- Снимите с пальца это уродливое кольцо, - потребовал Люциус.
- Нет! – Гермиона упрямо вздёрнула подбородок. – Я обручена с Роном, и это кольцо символ…
- Избавьте меня от символов вашей любви, - скривился Малфой. – Это кольцо слишком грубое и дешёвое, никак не вписывается в ваш образ. К тому же, вы уже не обручены с Уизли, так что хватит ломать комедию.
- Рон вернётся! – почти выкрикнула Гермиона, прижимая руку с кольцом к груди. – Он немного остынет и вернётся.
- До чего же вы наивны.
- Не такая уж я и наивная. Я просто хорошо знаю Рона. Он вернётся, вот увидите.
- Меньше всего на свете меня интересуют ваши отношения с Уизли. Снимайте кольцо.
- И не подумаю! Либо я иду с кольцом, либо возвращаюсь в Лондон.
Даже самый сердитый взгляд Люциуса Малфоя не подействовал на девушку. Она была уверена в одном – если снимет это кольцо, то тогда уже точно назад дороги не будет. Это последняя вещь, которая связывает её с Роном. Если Гермиона его снимет, то больше никогда уже не наденет…
Экипаж начал медленно замедляться, и девушка, отвлекшись от спора, выглянула в окно. Замок показался на горизонте. Сначала это были всего лишь яркие огоньки, но затем появились очертания величественного дворца, у подъезда которого целой вереницей растянулись самые различные экипажи. И если сначала Гермиона боялась, что её собственная карета окажется слишком шикарной и вычурной, то теперь поняла глупость этих тревог – едва ли её вообще заметят среди подобного изобилия.
Пришлось достаточно долго ждать, прежде чем подошла их очередь. Пожилой слуга в нарядной золотистой ливрее открыл дверку, вежливо поздоровался и попросил показать приглашение. Гермиона послушно вложила ему в руку карточку, а затем с интересом наблюдала, как слуга вписывает её имя в маленькую книжицу. Чернила слегка сверкнули и исчезли, оставив за собой таинственную дымку.
- Добро пожаловать, мисс Грейнджер, - слуга протянул руку, помогая девушке выйти из кареты. – Ваши комнаты на втором этаже, на двери будет написано ваше имя, и вы без труда сможете отыскать спальню. Приятного вам отдыха.
- Спасибо, - Гермиона чуть неуклюже ступила на лестницу и, позволив себе короткую передышку, чтобы собраться с мыслями, уже вполне уверенно вошла в замок.
- Добро пожаловать, мисс Грейнджер, - у входа стоял ещё один слуга в точно такой же ливрее. – Торжественное открытие состоится через час в большом зале на первом этаже. Желаете подняться в свои комнаты или присоединиться к гостям на веранде?
- Там сейчас наверняка какая-нибудь французская певичка исполняет любовные романсы, - сказал Малфой. – Можете отправиться туда и выпить тёплого шампанского – мерзость ещё та, но зато взглянете на самых главных сплетников и сплетниц страны.
- Я, пожалуй, поднимусь в комнату, - неуверенно произнесла Гермиона.
- По главное лестнице на второй этаж. Первый коридор слева, - услужливо подсказал ей дворецкий.
- Спасибо.
Когда девушка отыскала предназначенную для неё комнату, чемодан с вещами уже стоял на месте. Не успела Гермиона облегчённо вздохнуть, как в дверь постучали.
- Добрый вечер, мисс Грейнджер. Меня зовут Люси, и я буду исполнять обязанности вашей горничной в течение всего праздника. Чем я могу вам помочь?
Гермиона растерялась. Горничная? Зачем ей вообще помощь, она сама прекрасно со всем справится.
- Велите ей распаковать ваши вещи, - подсказал Люциус. – Затем попросите, чтобы перед сном она приготовила вам тёплую ванную и принесла горячего молока.
Но я не люблю молоко! – чуть было не возмутилась Гермиона, но вовремя опомнилась.
- Люси, если вас не затруднит, вы не могли бы развесить мои платья в шкаф?
- К-конечно, - на этот раз растерялась служанка, но беспрекословно принялась за дело.
- Не затруднит? Могли бы вы? – передразнил Малфой. – Слуги привыкли к командному голосу! На них всегда вымещают злость и заставляют выполнять самые глупые пожелания.
Гермиона нахмурилась, понимая, что сейчас не может высказаться, хотя всё внутри неё бушевало хуже урагана.
- Простите, мисс Грейнджер, могу я задать вам вопрос? – Люси закончила с вещами и несмело взглянула на Гермиону.
- Конечно.
- Вы действительно лучшая подруга мистера Гарри Поттера?
Люциус фыркнул.
- Гоните эту нахалку прочь.
- Да, мы с ним друзья, - улыбнулась Гермиона.
- Я столько о вас слышала! Не зря говорят, что вы самые необыкновенные волшебники.
- Боюсь разочаровать вас, Люси, но я самая обыкновенная волшебница.
- Да, как вам будет угодно, - широко улыбнулась девушка, совершенно не убеждённая в словах Гермионы. – Чем я ещё могу вам помочь?
- Скажите, как я выгляжу?
- Потрясающе! – тут же ответила Люси, а Люциус громко возмутился, снова настаивая, чтобы Гермиона выгнала служанку из комнаты.
- Серьёзно, мне нужно знать, впишусь ли я в общество здешних дам?
- Грейнджер, вы ума лишились?!
- У вас очень красивое платье, - уклончиво ответила Люси. – Но, если позволите, я бы сделала вам другую причёску.
- Позволю, - охотно согласилась Гермиона. – Ничего не понимаю в причёсках.
Люциус нетерпеливо расхаживал по комнате взад-вперёд, пока Люси колдовала над волосами девушки. Малфой время от времени останавливался, чтобы высказать в самых нелестных эпитетах всё, что он думает о Грейнджер и ей подобных. Когда горничная, наконец, вышла, Гермиона, вполне довольная собой, повернулась к духу.
- Вы, безмозглая девчонка, хотите всё испортить?
- Наоборот, - спокойно ответила Гермиона, - посмотрите, какая у меня теперь причёска…
- Так вас причёска заботит? – Люциус вдруг подошёл так близко, что Гермиона невольно осела на стул, с которого только успела подняться.
- Вы же сами сказали, что она никуда не годится…
- Это вы никуда не годитесь! Совершенно бесполезное существо. И как вы только в войне умудрились победить? Не зря говорят, что испокон веков везёт только пьяницам или дуракам.
- Очень кстати, что я оказалась дурой, значит, нам повезёт, - сквозь зубы проговорила Гермиона.
- Слишком много везения на вашу долю. Связаться с вами – самая большая моя ошибка.
- Вот и оставьте меня в покое, в конце концов!
- Не видать вам покоя, пока я жив, - пообещал Люциус.
- Недолго ждать осталось, - зловеще проговорила Гермиона.
Он наклонился к ней близко-близко, если бы он был жив, то девушка могла бы почувствовать тепло, исходящее от тела, но сейчас они лишь буравили друг друга глазами, выражая во взглядах непримиримую вражду.
- Делайте, как я говорю, и тогда всё пройдёт хорошо.
- Пока что ваши подсказки ни к чему хорошему не привели.
- Потому что вы дура набитая.
Гермиона открыла рот, чтобы возразить, но в этот момент в комнате раздался лёгкий звон колокольчика. Девушка испуганно дёрнулась, озираясь по сторонам.
- Это сигнал к тому, чтобы все гости собрались в зале, - все ещё раздражённым голосом пояснил Люциус.
Гермиона кивнула, ещё раз взглянула на себя в зеркало, и, оставшись вполне довольной отражением, вышла за дверь.
Как ни странно, на деле всё оказалось не так страшно и волнительно, как девушка себе представляла. Среди гостей отыскало немало её знакомых. Множество влиятельных чиновников из Министерства, клиенты девушки, даже было несколько учеников Хогвартса. Конечно, многих Гермиона не знала, зато все знали её, что явилось для волшебницы сюрпризом. Впрочем, чего она ждала? Уже сама дружба с Гарри Поттером делала её знаменитостью, а после войны в газетах появлялось столько статей о них, что наверняка лицо Гермионы всем примелькалось и успело набить оскомину. Ну, а за последние годы известности ей добавила и деятельность адвоката, не без этого.
- Мисс Грейнджер, как я рад вас видеть, - уже немолодой волшебник по имени Герберт Торнтон поклонился девушке.
- Протяните ему руку, - тут же скомандовал Люциус.
Торнтон коснулся губами слегка подрагивающих пальцев Гермионы.
- И поздоровайтесь, наконец, - шипел в ухо Малфой.
- Мистер Торнтон, как поживаете?
- Прекрасно, благодарю. Должен заметить, вы превосходно выглядите. Я всегда восхищался, как вы можете быть столь же умны, сколь и прелестны.
Гермиона чувствовала, что вот-вот покраснеет.
- Весьма умелая лесть, - фыркнул Люциус. – Избавьтесь от него.
- Неужели вы прибыли на бал одна? Где же вас молодой человек?
- Он занимается делами, - уклончиво ответила Гермиона, уже сама желая избавиться от Торнтона. Год назад он был клиентом девушки, она занималась его разводом, а затем Герберт ещё три месяца увивался за Гермионой.
- Весьма неумно с его стороны оставлять вас в одиночестве. Вы ведь для многих лакомый кусочек – молоды, столь прекрасны и умны.
- Простите, мистер Торнтон, кажется, я вижу свою знакомую. Хочу поздороваться…
- Разумеется. Позвольте проводить вас?
Гермиона уже совсем, было, впала в отчаяние, когда Люциус вдруг невидимой рукой опрокинул на Торнтона бокал с подноса официанта. Герберт разразился бранью, и вокруг поднялась небольшая суета, позволив девушке затеряться в толпе. Она с трудом сдерживала смех. На щеках появился лёгкий румянец, а глаза искрились лукавым задором.
Гермиона отошла в сторонку и спряталась за спинами гостей, остановившись в тени колонны. Как раз прекратился звук ненавязчивой музыки, а на небольшой сцене, предназначенной для музыкантов, появился мужчина – очень привлекательный, со смольными волосами, чуть приспущенными до плеч, щегольской бородкой и в изысканной вышитой золотой нитью мантии. Кажется, девушка видела этого человека на похоронах.
- Это он, - голос Люциуса вдруг наполнился такой злобой, что Гермиона невольно поёжилась. – Риваль Махони.
Девушка испугано оглянулась на Малфоя, вопросительно взглянув на него.
- Всё в порядке, - Люциус правильно понял её беспокойство. – Я не думаю, что он может вычислить меня так просто. Не о чем беспокоиться.
- А если он узнает, что вы здесь? – еле слышно выдохнула Гермиона.
- Возможно, попытается захватить мой дух в сеть. Но пока всё в порядке, я почувствую, если он заметит моё присутствие.
Некромант начал приветственную речь, слушать которую Гермиона никак не могла себя заставить. Она вдруг так разволновалась, что коленки начали предательски трястись. Всё, что девушка могла сделать, это продолжать дышать – медленно, размеренно, собираясь с мыслями.
- Постарайтесь подобраться к нему поближе.
Гермиона поджала губы и протестующе дёрнула головой.
- Ничего с вами не случится. К тому же, Махони любит молодых красивых женщин, у вас есть все шансы.
Девушка нахмурилась и ещё больше заволновалась. А потом вдруг она поняла – Люциус Малфой назвал её красивой. Малфой назвал её красивой?! Гермиона повернулась и скептически посмотрела на мужчину. Кажется, он даже не заметил, что сделал ей комплимент. О, бог мой, небо должно упасть на землю, ведь Люциус Малфой назвал её красивой!
Из-за этих переживаний Гермиона пропустила и окончание речи, лишь вяло присоединилась к бурным аплодисментам гостей. На сцене снова заиграли музыканты, а по залу вновь возобновили хождение вездесущие официанты.
- Не стойте здесь, словно истукан. Найдите себе развлечение.
Гермиона принялась растерянно высматривать знакомых, но все были либо заняты беседой, либо не располагали к себе.
- Для начала возьмите с подноса бокал, - учил Люциус, - спину прямо, не забывайте об осанке. Куда руки тянете?! Подождите, официант остановится, только потом возьмёте… да берите уже! Не делайте резких движений, каждый жест должен быть плавным и выверенным, вы сейчас в высшем обществе, а не на сборе в хлеву Уизли. Не морщите лоб, улыбайтесь. Это оскал, а не улыбка. Леди улыбаются чуть загадочно, лицо их остаётся бесстрастным. Отойдите, наконец, от официанта, хватит топтаться на месте. И не стойте на дороге, подойдите к тому дальнему гобелену с единорогами и сделайте вид, что с интересом рассматриваете вышивку. Не сжимайте бокал так сильно, хрусталь может треснуть, и вы заляпаете платье. Сделайте маленький глоток и продолжайте рассматривать картину…
Люциус пользовался тем, что Гермиона не может ему ответить. Его подсказки скорее путали и нервировали, но девушка ничего не могла с этим поделать.
- Грейнджер?
- Паркинсон?
- Вот уж кого не думала здесь встретить. С каких это пор в дома благородных волшебников приглашают всякую шваль?
- Задаю себе тот же вопрос, глядя на тебя.
- Нашла себя богатенького хахаля? Едва ли у Уизли хватит денег, чтобы купить тебе такое платье, даже если он продаст всё своё имущество. И стекляшки сверкают как настоящие.
Гермиона нахмурилась, раздосадованная неприятной встречей в бывшей однокурсницей. Только её и не хватало для полного счастья. Паркинсон как была мерзкой мопсоподобной девицей, такой и осталась по сей день.
- Приятного вечера, Панси, - пожелала Гермиона и, проклиная всё на свете, поспешила скрыться в противоположном конце комнаты.
- Поверить не могу, что вы не поставили её на место, - удивился Малфой. – Куда делось всё ваше остроумие?
- На вас истратила, - пробормотала под нос волшебница.
- Теперь девчонка Паркинсон будет вполне справедливо задирать нос и растреплет каждому, кто готов её слушать, что у вас появился богатый любовник. Уизли будет в восторге.
Девушка скривилась, и, пока никто не видел, тремя большими глотками опустошила бокал. Официант с подносом появился как раз вовремя, чтобы сменить пустой фужер на полный.
- Только попробуйте напиться и провалить всё дело! – зловеще предостерёг Малфой. – Кстати, вон тот тип в глупой синей мантии пялится на вашу грудь. Можете пофлиртовать с ним немного и занять себя.
Гермиона с отвращением отвернулась и снова принялась рассматривать гостей. Где-то среди них развлекается судья. Глупо, наверное, подходить к нему вот так просто и начать деловую беседу. Как же лучше всего поступить, чтобы это было ненавязчиво? К своему неудовольствию девушка заметила Панси в компании каких-то девиц. Они то и дело оглядывались на неё, давясь злорадным смехом. Ничего нового Паркинсон не придумала, а Гермиона снова ощутила себя школьницей.
- В соседней комнате только что началась игра, - сообщил Люциус. – Ещё есть свободные места, вы можете присоединиться.
Гермиона стала в недоумённую позу, ожидая пояснений.
- Покер. Играть умеете?
Гермиона неопределённо качнула головой. Ей приходилось сталкиваться с этой карточной игрой, но хорошим игроком её нельзя было назвать.
- Смелее, - подталкивал Люциус. – Развлечёте себя до ужина. И забудьте уже про Паркинсон, со своими дешёвыми тряпками она вам в подметки не годится.
Что это? Второй комплимент за вечер? Или Люциус просто пытается пробудить в Гермионе уверенность в себе? Похоже на то, и, как ни странно, у него это вполне неплохо получается.
Девушка несмело вошла в зал, где царила загадочная атмосфера лёгкого полумрака. Здесь стояли небольшие круглые столики, покрытые зелёным сукном, за которыми велись карточные игры.
- Добрый вечер, мисс, желаете присоединиться к игре? – любезно спросил слуга, дежуривший у дверей.
- Я бы присоединилась.
- Взнос за одну игру – пятьдесят галлеонов.
Люциус вовремя напомнил девушке ничему не удивляться и беспрекословно выложить названную сумму. К счастью, Гермиона взяла с собой деньги, как и советовал Малфой. Он так же обещал, что покроет все непредвиденные расходы. В здравом уме Гермиона ни за что бы не ввязалась в азартную игру на деньги.
Слуга проводил девушку за игровой стол, и, к своему страху и ужасу, Гермиона обнаружила среди игроков хозяина дома. Он одобрительно обвёл взглядом гостью, остальные игроки, среди которых оказалось ещё две дамы, приветливо улыбнулись.
Крупье начал раздавать карты. Гермиона осторожно взглянула на свои – червовый валет и бубновая семёрка. Девушка чуть скосила глаза на Люциуса, который беззастенчиво обошёл вокруг стола, заглядывая в карты других игроков.
- Поддерживайте игру, - сказал он, - у Эверли пара троек, у остальных ничего.
Несмотря на то, что Гермиона чувствовала себя ужасной обманщицей, она положила фишки в банк. Люциус вдруг преисполнился таким заразительным желанием поиметь всех в зале, что девушка невольно улыбнулась уголками губ. А почему бы и нет? Она всегда всё делала правильно, к тому же, к столу приблизилась Панси с язвительным выражением лица, и Гермионе отчаянно захотелось показать всем, чего она стоит, пусть и не совсем честным путём.
- Никак не могу вас раскусить, мисс Грейнджер, - обратился к волшебнице Риваль Махони после одиннадцатого круга. – То ли вам бессовестно везёт, то ли вы настоящий профессионал.
- Невозможно стать профессионалом без доли везения, - улыбнулась Гермиона. Глаза у неё весело блестели, щёки слегка разрумянились, а в душе царил ни с чем несравнимый дух победы.
- Поднимаю ставку до пяти галлеонов.
- Блеф чистой воды, - заявил Люциус, даже не глядя в карты соперника.
- Поддерживаю и поднимаю до десяти, - под одобрительный кивок Малфоя сказала девушка.
- Поддерживаю, - невесело отозвался волшебник по соседству.
Остальные пасовали.
- Поддерживаю, - Махони добавил фишки до нужной суммы. Крупье выложил на стол первые три карты. У Гермионы на руках были пиковые король с десяткой, а на столе лежали пиковые дама с девяткой и крестовая четвёрка.
Ох, валета бы мне пикового! – загадала девушка.
- У Махони две пары – короли и шестёрки, у Бендаля тройка - тузы, - сообщил Люциус. – Пасуйте.
- Поднимаю до двадцати, - сказал Бендаль.
- Поддерживаю и поднимаю до двадцати пяти.
Гермиона растерянно смотрела на стол. Две пары против слабой возможности, что выпадет валет.
- Что ответит леди?
Гермиона на мгновение прикрыла веки. Не отдавая себе в этом отчёта, она представила, как следующие карты выкладывают на стол – выпадет бубновый король, и у Махони будет фул-хаус, а последняя карта – точно! – пиковый валет. Игра ли воображения или всё так действительно будет? Ну, почему бы не рискнуть, всё равно Малфой платит.
- Поддерживаю и поднимаю до пятидесяти.
- Что вы делаете! – воскликнул Малфой. – Азарт в голову ударил?
Остальные игроки, слегка ухмыльнувшись, поддержали ставку. Крупье выложил следующую карту – Гермиона чуть не подпрыгнула на месте - это был бубновый король!
- Пасуйте, Грейнджер, не валяйте дурака. Отыграемся на следующем круге.
Гермиона упрямо дёрнула подбородком. Вокруг игрового стола собралось много любопытных, кто с не меньшим азартом, чем у игроков, следил за развитием событий. Ни в какой другой ситуации Гермиона не стала бы так поступать, она бы предпочла, чтобы восторжествовал разум, но сейчас девушка не могла уйти. Она чувствовала поразительную уверенность в своих силах, она знала, что победит, и Люциус ей совсем не нужен для этого.
- Пожалуй, я поставлю всё, - под неодобрительный взгляд Малфоя сказала девушка, выдвигая фишки на середину стола. В любом случае, сумма не была такой уж большой, но в случае выигрыша можно было получить шестьсот галлеонов. За такую сумму можно было бы купить небольшой домик за городом. Гермиона за месяц трудной и, порой, нудной работы зарабатывала всего двадцать галлеонов.
В зале наступило напряжённое молчание. Малфой навис над девушкой, пообещав ей все кары небесные за подобную глупость, и Гермиона вдруг начала серьёзно нервничать. В самом деле, почему она решила, что последняя карта будет именно той, что ей нужна? Это же абсурд, как она может об этом узнать?! То, что она угадала одну карту – чистая случайность.
Девушка даже закрыла глаза, не в силах видеть, как крупье вытягивает последнюю карту. И почему она поставила все деньги до того, как узнала эту несчастную карту? Что же её потянуло-то?
- У мистера Бендаля тройка, - сообщил крупье. Гермиона открыла глаза, но на стол не смотрела. Сейчас её неудачный блеф откроется, и она станет главным посмешищем вечера.
- У мистера Махони – фул-хаус, - по залу пронёсся одобрительный возглас. Хозяин был совершенно уверен, что выиграл эту партию.
- Мисс Грейнджер?
Гермиона перевернула карты, мечтая закрыть уши и ничего не слышать. Люциус был прав. Минутку…
- У мисс Грейнджер стрит-флеш. Леди побеждает в этой партии.
Гермиона недоверчиво подняла глаза на стол. Пиковый валет, как и в её странном мимолётном видении, лежал на месте пятой, последней карты. Раздались аплодисменты, но девушка их уже действительно не слышала, оглушённая собственным успехом.
- Что же, эта победа заслуживает лучшего шампанского. Мисс Грейнджер?
- Благодарю, - Гермиона взяла с подноса бокал и сделала маленький глоток. У девушки всё ещё слегка тряслись руки от пережитого потрясения.
В комнате раздалась переливистая трель колокольчика. Волшебники парами начали выходить из зала.
- Самое время, - сказал Риваль. – Мисс Грейнджер, позвольте сопровождать вас на ужин.
- Почту за честь, - Гермиона начала ощущать, как уютное тепло разливается по всему телу. Действительно необычайное чувство. Девушка была опьянена своей победой и успехом. Даже страх перед некромантом куда-то отступил, волшебница позволила ему сопроводить себя к столу. Кроме того, каким-то образом табличка с её именем оказалась как раз рядом с местом хозяина.
После игры недостатка во внимании у Гермионы не было. Те, кто не знал её лично, спешил представиться. Мужчины приглашали её на танцы ещё до того, как они начались, и волшебница не находила в себе сил для отказа, хотя, как злорадно пообещал Люциус, как только она начнёт наступать им на ноги, кавалеров значительно поубавится. Гермиона успела забыть, что танцор из неё не самый лучший. Впрочем, уверенная в себе и окрылённая удачей, девушка верила, что сумеет сделать всё.
Первым её партнёром был пожилой волшебник, историк, который сам постоянно оттаптывал ноги Гермионы, за что непременно извинялся и краснел. Но очень уж он хотел расспросить героиню войны о поисках крестражей, умоляя девушку найти хотя бы несколько часов в любой свободный вечер. Гермиона пообещала, что как только у неё выдастся свободный вечер, она сообщит волшебнику. Девушка мысленно усмехнулась – у неё никогда не бывает свободных вечеров.
- Мисс Грейнджер? – Риваль отыскал её за колонной, где Гермиона решила немного передохнуть. – С вами всё в порядке?
- Да. Я прячусь, - честно призналась девушка. Малфой не одобрил её прямолинейности, зато Махони она пришлась по душе:
- В таком случае, могу предложить вам небольшую экскурсию. Я слышал, вы интересуетесь наукой.
- Очень любезно с вашей стороны, - улыбнулась Гермиона.
- Будьте всё время начеку, - напомнил Люциус. – Возможно, он что-то задумал.
Хозяин вывел гостью в сад. Некоторое время они шли по освещённой дорожке, а затем, переступив небольшую клумбу, скрылись в темноте.
- Это путь в лабораторию, - пояснил Махони. – Не хочу, чтобы туда шастал, кто попало, поэтому здесь не очень хорошая тропинка. Вы на каблуках?
- Всё в порядке, не беспокойтесь, - Гермиона высоко подняла подол платья. – У вас очень красивое поместье.
- Благодарю, - Риваль придерживал девушку за руку, чтобы она не оступилась.
- Вы здесь с детства живёте?
- Этот дом – часть наследства, - безразлично сказал он. – Я, будучи учёным, не люблю долго засиживаться на одном месте. Последнее время я много путешествовал по Азии, жил в Индии. А когда война закончилось, появилась возможность вернуться на родину. За что я премного благодарен мистеру Поттеру, мистеру Уизли и вам, разумеется.
- А в какой области вы учёный?
- Я новатор, - не без доли гордости сказал Риваль. – Люблю проводить магические эксперименты, создаю новые заклинания, зелья и тому подобное.
Гермиону так и подмывало спросить, входит ли в этот список некромантия, но она поостереглась подобного вопроса. Отдалившись на небезопасное расстояние от огней и людей, девушка почувствовала лёгкую тревогу. Благо, здесь можно было без лишних подозрений достать палочку и освещать себе путь. Уже подходя к небольшому каменному зданию, Гермиона поняла, что Малфоя рядом нет. Это так напугало волшебницу, что она стала озираться по сторонам, молясь заметить знакомую фигуру где-то рядом, но Люциуса не было.
- Что-то случилось?
- Н-нет. Показалось. Прошу прощения, мистер Махони, боюсь, мне нужно вернуться…
- Гермиона, не бойтесь, - его голос звучал вполне доверительно. – Если вы хотите, я немедленно провожу вас обратно.
- Да, пожалуйста, - девушка вполне достоверно изобразила смущение. – Не поймите меня не правильно, я помолвлена, а наше слишком долгое отсутствие может быть неправильно расценено.
- Я понимаю. Можем прогуляться к лаборатории завтра с утра.
- Это было бы замечательно. Мне действительно интересно!
- Так вы помолвлены?
- Да.
- Очень жаль. Я искренне надеялся, что у меня есть шанс.
Гермиона вдруг ощутила похожее чувство, что накатило на неё в игорном зале. Девушка ясно осознала, что может доверять этому человеку. Риваль Махони не виновен. Что бы с Малфоем ни случилось, этот волшебник к этому не причастен. И в этот момент перед глазами промчалась яркая вспышка. В грудь ударило что-то тяжёлое, и Гермиона потеряла сознание…


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
PALLADAДата: Понедельник, 12.12.2011, 01:00 | Сообщение # 6
Божественное помешательство
Летописец
Награды: 21
Репутация: 65
Статус: Нет на месте
Вот охладела я к ГП-фандому. Но вот читаю твой фик и прям будто и не покидала форум.
Знаешь, мне понравился вид Малфоя по утрам! :* А уж игра в карты вообще выше всяких похвал.
Дописывай скорее, я в самом деле хочу дочитать.


А директор сказала, что я не Божественное вмешательство, а Божественное Помешательство!

 
IrkinaДата: Суббота, 07.01.2012, 14:15 | Сообщение # 7
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
Глава 5

От долгого бега сердце колотилось в бешеном ритме, казалось, что оно не в груди, а уже подступает к горлу. Дышать было тяжело, каждый вдох давался с трудом, приходилось пересиливать себя. Но останавливаться нельзя, нужно продолжать искать. Бесконечный каменный лабиринт, из которого нет выхода. Как она здесь оказалась? Что она ищет? Коридоры постоянно сворачивали и пересекались. Была ли она уже здесь? Как долго она плутает? Пустые железные клетки, настенные факелы, запертые двери. Это странное место очень напоминает Азкабан. Вдоль стен бегают крысы – они не боятся, они не привыкли, что люди заглядывают в их обитель. Где же? То, что она ищет, должно быть где-то рядом, она чувствует, что близка к цели. Снова коридоры, снова пустые клетки и скелеты, прикованные к стенам ржавыми цепями. Дверь, ещё дверь, ещё одна… он лежит на полу со связанными запястьями и лодыжками. Зачем связывать мёртвое тело, оно же не может никуда уйти! Любопытная крыса выбегает на середину камеры и тыкается мордочкой ему в руку, но, не обнаружив ничего интересного, снова скрывается в тени. Этот мёртвый человек – она знает его имя, она очень хорошо его знает… Люциус!
- Люциус…
- Мисс Грейнджер, вы слышите меня?
- Кажется, она приходит в себя. Гермиона?
- Мисс Грейнджер, если вы можете, откройте глаза.
Наваждение отходило, становясь всё более расплывчатым и нереальным. Теперь ясно, что это был сон. Сердце понемногу восстанавливало свой естественный ритм, но во рту по-прежнему было сухо.
- Можно… - голос был сиплым. – Можно мне воды?
- Слава Мерлину. Люси, принеси мисс Грейнджер воды.
- Да, сэр.
Гермиона открыла глаза. Первое лицо, которое она увидела, принадлежало незнакомому пожилому человеку. Он приветливо улыбался.
- Меня зовут доктор Голди, - представился он.
- Очень приятно, - с каждой минутой девушка чувствовала себя всё лучше. – Что со мной случилось? В меня попало заклинание?
- Заклинание? – переспросил доктор.
- Гермиона, вы потеряли сознание, - девушка перевела взгляд на говорящего. – Мы с вами гуляли в саду, помните? Вы много танцевали, а затем решили подышать свежим воздухом. Во время прогулки вы потеряли сознание.
- Да, кажется, мы с вами ходили в вашу лабораторию, - вспомнила Гермиона.
- У меня нет лаборатории, - удивлённо сказал Риваль. – Мы с вами гуляли, говорили о путешествиях…
- Но… - Гермиона начинала нервничать. Что-то не так.
- Всё в порядке, - успокоил доктор. – У вас был достаточно глубокий обморок. Скоро всё придёт в норму. Это всё танцы, шампанское и тесное платье, ничего серьёзного.
- Мне очень жаль, что доставила вам неудобства, - девушка чувствовала себя виноватой. Она взяла стакан воды из рук горничной и за два глотка опустошила его.
- Не стоит из-за этого переживать, - уверил Махони. – Главное, что вы пришли в себя и хорошо себя чувствуете.
- Да, хорошо, - эхом отозвалась волшебница.
- Отдохните хорошенько, - посоветовал доктор. – Утром вы и не вспомните об этом инциденте. Если я понадоблюсь, попросите Люси привести меня.
- Спасибо.
Доктор вышел за дверь, а хозяин дома задержался. Гермиона испытывала неловкость.
- Простите, - прошептала она. – Наверное, мне не стоило говорить при докторе о вашей лаборатории. Я не думала, что это тайна.
- Гермиона, - Риваль снисходительно улыбнулся. – У меня действительно нет лаборатории. Да зачем она мне? Я же простой путешественник. – Увидев растерянное лицо девушки, Махони поспешил добавить: - Не волнуйтесь, вы ещё не пришли в себя после обморока. Наверное, что-то напутали.
- Похоже на то, - Гермиона улыбнулась, несмотря на смятение и некоторый испуг. – Наверное, переработалась. К тому же, как сказал доктор, танцы, шампанское и тесное платье не идут на пользу здоровью.
- Что же, отдыхайте. Я искренне надеюсь, что завтра утром с вами всё будет в порядке. У нас прогулки на гиппогрифах и пикник на пляже.
- Звучит заманчиво.
- А на деле ещё лучше! – пообещал Махони.
Когда он скрылся за дверью, Гермиона решительно откинула одеяло в сторону и поднялась на ноги. Что за вздор? У неё не бывает обмороков. Она не выпила много шампанского и, уж конечно, от её не слишком умелых танцев голова закружиться не могла. Да и платье Нарциссы совершенно не стесняло Гермиону. Девушка слишком часто сталкивалась в своей жизни с боевыми заклинаниями, чтобы определить, что стала жертвой одного из них. Скорее всего, ступефай. От него во рту остаётся неприятный привкус железа.
Гермиона сделала несколько кругов вокруг кровати, прежде чем осмотрелась по сторонам и тихонечко позвала:
- Мистер Малфой?
Куда же он пропал? Неужели Махони его сумел поймать? Люциус сказал, что угроза минимальна!
- Мистер Малфой?!
Может, у неё действительно непорядок с головой? Гермиона совершенно точно помнила, как испугалась в тот момент, когда они уже практически пришли к лаборатории. Да ей вообще не стоило соглашаться на подобную прогулку с потенциальным преступником, где была её голова? А теперь Махони водит её за нос. Вот только интересно, кто мог на неё напасть, если некромант в тот момент стоял рядом? Заклинание летело с противоположной стороны, это никак не мог быть хозяин поместья, разве что у него есть сообщники. И куда же запропастился Малфой?! Если его уничтожили, то так гаду и надо!
- Люциус?! Где вы?
Гермиона села на мягкий стул у кровати и устало потёрла виски. Какое странное стечение обстоятельств! Может ли быть так, что у неё были галлюцинации? Нет, это исключено. На трюмо у зеркала лежит мешочек с выигранными Гермионой деньгами. Без подсказок Малфоя их бы определённо здесь не было, хотя победу в последней партии девушка записала на свой личный счёт. К тому же оставался открытым вопрос – куда делось тело из могилы? Галлюцинации и расстройства разума исключены, Гермиона совершенно точно была уверена в подлинности событий. Вывод напрашивался сам собой – Махони просто дурит ей голову. Он вывел из строя волшебницу, чтобы заняться духом, а затем разыграл невинного мальчишку. Мальчишку? Сколько, интересно, ему лет? Должно быть, не меньше Малфоя, раз уж Нарцисса встречалась с Махони в школе. Удивительно, а выглядит он чуть старше самой Гермионы. Сказывается чудотворное действие некромантии.
Гермиона поёжилась, представив, как волшебник вытягивает жизнь из чужих тел. Должно быть, это отвратительно. Не зная, что делать, девушка подошла к окну и выглянула во двор. Практически все гости разошлись по комнатам, огни постепенно угасали, погружая ухоженный парк во мрак. Интересно, что же в той лаборатории? Если некромант проводит исследования, то, вполне возможно, держит дух Малфоя там. Впрочем, Гермиона ни в чём не была уверена. Некромантия – это неизведанная территория, волшебница совершенно не имела понятия, что там к чему. Жаль, что в обычной библиотеке не найдёшь книжек на подобные темы.
Недолго думая, Гермиона накинула на плечи мантию, схватила палочку и вышла за дверь. В коридорах горело всего несколько светильников, а слуги больше не попадались на каждом шагу. Но девушка знала, что они всегда где-то рядом, чтобы прийти по первому зову гостей или хозяев. К тому же, на первом этаже работает армия домовиков, приводя после вечеринки дом в порядок, где-то расхаживает дворецкий, а у каждого выхода дежурят лакеи. Не помешала бы мантия-невидимка. Но слуг стоит опасаться гораздо меньше, чем других обитателей дома. Гермиона, как гостья, имела право выйти и прогуляться, когда ей вздумается, но всё равно лучше, чтобы никто об этом не узнал. Выбрав меньшее из зол, девушка свернула в служебный коридор, а затем быстро спустилась в самый низ по лестнице - на нулевой уровень. Этот этаж в любом особняке предназначен для обслуживающего персонала. Разумеется, здесь был отдельный выход. За последние годы Гермиона много узнала об укладе жизни различных социальных слоёв волшебников. Например, далеко не все волшебники пользуются услугами домовых эльфов. Кто-то, как сама Гермиона, считает негуманным использовать рабский труд. Но в большинстве случаев, купить домовика гораздо дороже, чем нанять несколько слуг для проведения вечеринки, если, разумеется, эльфы не достались вам в наследство. Очень распространены случаи, когда волшебные семьи пользуются трудом и тех, и других. Это оптимальный вариант.
Дверь оказалась запертой на замок, но волшебница легко открыла её заклинанием и выбралась на улицу. Как она и предполагала, это была служебная часть двора. Дорожка вела к небольшим постройкам, где, скорее всего, хранились инструменты и другая домашняя утварь. Гермиона решила идти вдоль дома и вскоре упёрлась в забор, через который без труда перелезла.
Ночь выдалась тёмной. На небе только-только появился тоненький серпик молодой луны, и хотя звёзды сверкали так ярко, что впору рисовать астрономическую карту, всё равно разглядеть что-то впереди себя было практически невозможно. С одной стороны, это плохо, ведь если где-то впереди опасность, Гермиона не заметит. Но с другой стороны, она сама останется незамеченной, и с долей везенья вполне удачно сможет миновать все “кочки” на дорогах.
В парке, где сегодня гуляли гости, слышались голоса слуг. Девушка держалась тени деревьев, стараясь идти вдоль дороги. Она смутно помнила, как они с Махони шли в сторону лаборатории, но решилась положиться на интуицию и очень скоро вышла на знакомую тропинку. Снова приходилось держать платье, чтобы не упасть. Очень жаль, что у неё не было с собой более удобной одежды. Если вдруг придётся убегать, то Гермионе грозит запутаться в собственном подоле. Рискнуть и посветить себе путь палочкой девушка боялась, потому несколько раз споткнулась и один упала, прежде чем добралась до нужного места.
Окна у здания лаборатории располагались под самой крышей. Свет внутри не горел, но всё равно не мешало бы заглянуть туда снаружи, прежде чем сунуться внутрь. Гермиона левитировала себя, поднявшись к решётчатым окнам. Девушка чуть не вскрикнула от неожиданности, встретившись нос к носу с огромный жирным пауком, вылезшим на ночную охоту, но затем взяла себя в руки и просто смахнула помеху. Паук задёргался, качаясь на паутинке, а затем ретировался и скрылся, пока человек не превратил его в мокрое пятно.
Внутри царила темнота. И тишина. Это обнадёживало. Девушка снова спустилась на землю и произнесла заклинание, отпирающее замок. Даже удивительно, что дверь не охраняют щиты или другие заклинания против взлома. Девушка посветила полочкой и издала возмущённый вздох. Это никакая не лаборатория, а сарай, причём полный пауков и пыли! И что, интересно, Риваль Махони собирался с ней здесь сделать? Даже для изнасилования это место не подходило. Разочарованная, Гермиона присела на бочку, размышляя, что же делать дальше. Наверное, стоит вернуться в комнату. В этой лже-лаборатории слишком воняло, что мешало думать. Девушка сделала глубокий вдох, пытаясь определить источник запаха. Может, где-то в углу сдохла крыса? И, скорее всего, не одна. И тут девушке пришла в голову мысль. Она осторожно поднялась с бочки, отошла на пару шагов, а затем палочкой открыла крышку. В нос тут же ударила резкая вонь. Гермиона рискнула заглянуть внутрь, и тут же отпрыгнула назад, жалея о своём решении. В бочке в какой-то зеленоватой жиже разлагались человеческие головы. Волшебница, отчаянно борясь с приступами тошноты, закрыла крышку. Она уже собиралась поскорее покинуть это ужасно помещение от греха подальше, когда заметила, что бочка стоит на каком-то люке. Что же, если там внизу хранятся тела, от которых отрезали эти головы, Гермиона не удивится. Она с брезгливым выражением лица отодвинула бочку в сторону и подняла крышку люка. На удивление, оттуда не исходило никаких зловоний. Вниз вела вполне приличная лестница и, похоже, подвал был освещён. Гермиона нерешительно заглянула внутрь, борясь с любопытством и страхом, но первое значительно пересилило. Стараясь ступать бесшумно, девушка спустила вниз и почувствовала, что оказалась в собственном сне. Точно! Такие же большие грубые камни, те же факелы на стенах. Держа палочку наготове, Гермиона двинулась вдоль коридора. Он уходил так далеко, что глаза не могли увидеть его конца. Девушка миновала несколько поворотов и перекрёстков, всё ещё не понимая, что здесь делает. Наверняка, это небезопасное место. Но что, если её сон был реальностью? Возможно, она здесь уже была, ведь Гермиона не знала, что произошло за то время, пока она была без сознания. Кто-то в этой истории прекрасно умеет корректировать память, и Нарцисса Малфой прекрасный тому пример. И если это так, то, возможно, в одной из камер спрятано тело Люциуса.
- Надеюсь, я не совершаю роковую ошибку, - пробормотала себе под нос девушка и пошла вперёд. Рано или поздно, она куда-нибудь выйдет. Но уже после часа блужданий Гермиона не была столь оптимистичной. Интересно, эти коридоры пролегают и под Лондоном тоже? Судя по бесконечным ходам, это действительно так. Девушка остановилась у очередного перекрёстка, опершись о стену, и закрыла глаза, пытаясь вспомнить свой сон. Там она бежала, но, похоже, точно знала направление, в котором нужно двигаться. В реальности же Гермиона не представляла, как можно отличить один ход от другого. Всё было совершенно одинаковым. Никаких зацепок, никакого особенного рисунка на полу, ничего, что могло бы помочь. Всё, что было у волшебницы – её интуиция.
- Ладно, - решилась она, - послушаю внутренний голос.
Стараясь ни о чём не думать, девушка глубоко вздохнула и спонтанно произнесла перовое, что пришло на ум:
- Налево.
По большому счёту, уже было всё равно, куда идти. Гермиона даже не пыталась что-то отыскать, лишь бы самой выбраться из каменного лабиринта. Каждый раз девушка полагалась на спонтанность, когда приходилось делать выбор. В этот момент в голове как будто становилось всё на свои места. Волшебница даже не слишком удивилась, когда вышла к коридору, насквозь изрешетчатому пустыми камерами. То самое место из сна. С замирающим сердцем Гермиона отыскала клетку, где видела тело Люциуса. Видение стало явью. Девушка не знала, где проходит грань, но она видела перед собой связанное тело, и единственной здравой мыслью было забрать это тело с собой. Но войти в камеру оказалось не так-то просто. Стоило только дёрнуть за прутья железной двери, как Гермиону ударил ощутимый разряд тока. Щиты. Нужно действовать быстро, как правило, если кто-то пытается снять защитные чары, волшебник, наложивший их, узнает об этом незамедлительно. К счастью, Гермиона знала способы, которые помогли ей действовать быстро и безошибочно. Но вот оказавшись внутри, волшебница поняла, насколько непродуманно поступила. Люциус, разумеется, был без сознания. Едва ли его пропавший дух вернулся в тело, а, значит, Гермионе предстояло тащить его на себе. Но куда его нести? Где выход? В какую сторону идти?
- Выход, где же ты? – задалась вопросом она, закрыв глаза. Как ответ на вопрос, в голове прорисовался чёткий маршрут. Что же, если интуиция оказалась настолько сильна и привела её сюда, то стоит рискнуть и доверится внутреннему Я.
Гермиона левитировала тело Малфоя, но стоило только сделать несколько шагов от камеры, как коридор наполнился зеленоватым светом, а от стен начали отделяться тени, напоминающие очертания человека. Девушка не стала ждать и, не забывая о теле, которое спасала, со всех ног кинулась вперёд. Буквально через несколько мгновений тени действительно приняли форму людей – бескровных, худощавых, скорее напоминающих скелеты, обтянутые кожей, - и последовали за Гермионой.
Инферналы боятся света, - напомнила себе волшебница. Но вдруг это не инферналы? Подобное явление Гермиона видела впервые, оттого становилось ещё более жутко, но на страх времени не было. Девушка быстрым взмахом палочки пустила за свою спину заклинание адского пламени и, успев подхватить тело Малфоя в нескольких сантиметрах от пола, продолжила бежать, следуя мысленному маршруту. Погоня отстала, но Гермиона чувствовала, что живые мертвецы продолжают идти по её следу. Коридоры всё не заканчивались, волшебница безумно устала, она задыхалась от бега, предел сил грозил вот-вот наступить, и страх, что она выбрала неверный путь, сковывал, наполнял сердце отчаянием и желанием сдаться. Как было бы глупо умереть вот так, выжив в этой страшной войне. Нет, Гермиона не собиралась прощаться с жизнью из-за Малфоя. Только не из-за него! Эта мысль придала девушке сил, и она продолжила путь, но совсем скоро упёрлась в тупик.
- Ну, что за идиотка! – волшебница от злости ударила ногой о стену, которая вдруг качнулась и перевернулась, оказавшись шкафом. Гермиона короткое мгновение ошалело смотрела на книги, а затем, вошла внутрь в… лабораторию.


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
IrkinaДата: Суббота, 07.01.2012, 14:15 | Сообщение # 8
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
Здесь всё было заполнено синеватым светом, исходившим от кристаллов, расставленных на постаментах. Странное место. К счастью, хозяина в лаборатории не обнаружилось, но задерживаться здесь не стоит. Гермиона всё же опустила тело Люциуса на землю и решила осмотреться. На полках нашлось множество странных существ и различных частей тела в банках с формалином. Котлы были пусты, правда, один стоял в нише с очагом и был прикрыт стеклянной крышкой. Гермиона не решилась проверять, что там. На рабочем столе лежали какие-то свитки пергамента, стояло несколько стеклянных колб и клетка с тремя белыми крысами. Книжных полок было больше всего, и девушка не удержалась, чтобы не посмотреть названия – “Вечное рабство”, “Вампиры и их классификации”, “Некромантия: энергия тёмного мира”, “Поднятие мёртвых”, “Вызов духа”, “Ритуалы вечной жизни”. Гермиона вытащила последнюю книгу и, уменьшив её до размеров зажигалки, кинула в карман мантии. Больше здесь задерживаться нельзя. Девушка направилась к единственной двери – выбора всё равно не было, - но вдруг остановилась и решила попробовать. Если сработало с коридорами, вдруг получится что-нибудь ещё? Волшебница закрыла глаза, сосредоточилась и мысленно произнесла: “Мне очень нужно найти дух Люциуса Малфоя. Где может быть дух Малфоя?”
Синий кристалл на постаменте. Слева от стола. Может, глупость, а, может, и нет. Камень оказался ледяным. Кинув его в карман к украденной книге, Гермиона, наконец, вышла за дверь. И тут везение покинуло волшебницу. Всё было слишком уж легко до этого, чтобы так и закончиться. У двери дежурили двое. Как по команде они обернулись и, увидев вместо хозяина постороннего человека, схватились за палочки. Гермионе снова пришлось бросить тело Малфоя, чтобы отбиваться. Действительно, это была ужасная идея.
- Позови её, - сказал один из соперников, - я справлюсь…
Один из волшебников бросил последнее заклинание в девушку и исчез. Гермиона яростно зарычала. Магия охранников практически пробивала все её щиты. Все силы уходили лишь на то, чтобы обороняться, Гермиона не успевала ответить ударом на удар. Девушка явственно увидела, как противник приседает, предательски ударив её по ногам, и волшебница падает на пол. Гермиона отпрыгнула в сторону как раз в тот момент, когда он проделал этот трюк, и у девушки появился шанс ударить. Она не думала долго – колдун остался сидеть на месте в застывшей позе. Возможно, было бы логично вернуться назад и попробовать пройти лабиринт снова, сразившись с армией инферналов, но девушка не знала, какой из двух путей опаснее. На раздумья времени не оставалась, и Гермиона решила прорываться к выходу, который, судя по всему, был уже близко. Девушка взбиралась по лестнице, левитируя перед собой Люциуса, и выбралась на улицу, полной грудью вдохнув свежий воздух. Она выбралась из подвала как раз недалеко от хозяйственных построек, а, значит, служебный вход совсем рядом. С яростно колотящимся сердцем в груди Гермиона бросилась вперёд. Что делать? Тащить Люциуса в комнату? А если Риваль Махони решит наведаться к ней? Наверняка решит, ему ведь не составит труда догадаться, кто этой ночью пробрался в его секретные катакомбы. Или, всё же, у неё есть шанс оставаться невинной? Лишь бы только ни на кого не наткнуться, лишь бы никого не встретить…

***
- Джинни… Джинни, проснись. Джинни!
- Что? – девушка резко села на кровати, осматриваясь по сторонам. Сердце от испуга колотилось в груди, сон быстро уходил, но взгляд ещё не обрел ясность.
- Подойди к камину, - прошептал знакомый голос.
- Что случилось? – Гарри тоже проснулся и нащупал очки на тумбочке.
- Всё в порядке, - Джинни, наконец, опознала голос из камина. – Спи, милый, это по работе.
Гарри вздохнул, вернул очки на место и повернулся на бок. Джинни, нырнув в тапочки и запахивая тяжёлый махровый халат, шепнула, проходя мимо камина:
- В кабинет.
Голова Гермионы появилась как раз в тот момент, когда Джинни закрыла за собой дверь.
- Прости, что разбудила. Мне срочно нужна твоя помощь.
- Что произошло? Ты выглядишь… напуганной.
- Джинни, нет времени на вопросы. Бери порох и запоминай адрес.
Уже через несколько минут Джинни осматривала небольшой, но помпезно обставленный кабинет. Здесь преобладали золотисто-красные тона, что напомнило девушке об общей гостиной башни Гриффиндора.
- Случилось то, чего я и опасалась, - сокрушённо произнесла Гермиона. – Даже после смерти Малфою удалось втянуть меня в… я даже ещё не разобралась до конца во что, но это явно что-то нехорошее.
- Так он умер всё-таки?
- Нет. Это была фигура речи, - Гермиона вздрогнула, услышав шаги за дверью. Она жестом показала Джинни хранить молчание, и они обе вытащили палочки. К счастью, неизвестный человек прошёл мимо. – Я бы очень хотела отсюда уйти, но мне придётся остаться.
- Ты можешь рассказать, что произошло?
- Нет времени на подробности, сюда могу зайти в любой момент. – Гермиона сделала паузу. - Я нашла тело Люциуса.
- Где? В этом доме?
Гермиона махнула рукой, и подошла к софе, повёрнутой в сторону окна. Поэтому Джинни не заметила сразу, что на ней лежит тело Малфоя. Девушка со свистом втянула воздух, подходя ближе и профессионально выверенными движениями ощупывая его.
- Тёплый! – изумилась она. – Он действительно не умер! И… Гермиона, сердце бьётся!
- Я знаю.
- Подожди, его дух вернулся в тело?
- Может быть, - волшебница нащупала в кармане украденный кристалл и сжала его в кулаке. – По крайней мере, его здесь больше нет. Но я не знаю точно, поэтому должна остаться и выяснить это. А к тебе у меня просьба…
- Да?
- Ты должна… хм… ты не могла бы забрать его и спрятать где-нибудь? Нужно надёжное место, и чтобы никто не узнал.
Джинни некоторое время задумчиво смотрела на огонь в камине, а затем кивнула:
- Да. Пожалуй, я знаю такое место. Только… Гермиона, если я правильно понимаю, то ты в опасности.
- Ты правильно понимаешь, но теперь я буду осторожна. Не беспокойся, я сумею за себя постоять. И всё же, если до завтрашнего вечера я с тобой не свяжусь, расскажи обо всём Гарри. Передашь ему, что в деле замешан Риваль Махони. Если я не вернусь, пусть набирает армию авроров и проверяет подвалы этого замка.
- Не нравится мне всё это, - пробормотала Джинни.
- Мне тоже, но придётся рискнуть.

***
Остаток ночи Гермиона провела за чтением. Она и была бы рада поспать, но пугалась каждого шороха, поэтому достала книгу, которую нашла в лаборатории. Рядом с девушкой светился этот непонятный синий кристалл, с которым волшебница не знала, что делать. Глупо доверять интуиции, это изменчивая переменная, которая в один момент на твоей стороне, а в другой ведёт прямиком в капкан. Тем не менее, за последние двадцать четыре часа это самое шестое чувство столько раз выручало девушку, что она просто не могла сбросить свой открывшийся дар со счетов.
Книга была написана рунами, причём ранними, и это слегка осложняло дело. Попадались символы, которые Гермиона не знала, и приходилось лишь по смыслу догадываться. В книге описывались языческие ритуалы, которые, если верить легендам, являлись зачатками магии. Только здесь эти ритуалы подкреплялись уже научными знаниями, различными заклинаниями, пентаграммами и трансцендентным переходом из мира живых в мир мёртвых. Чтобы разобраться во всём написанном, Гермионе не хватало знаний в области некромантии. Но девушке удалось узнать главное – синие кристаллы являлись хранилищами украденных душ. Если кристалл светится, значит, душа заключена в плен. Оставалось лишь выяснить, тот ли кристалл Гермиона забрала из лаборатории. Совсем не хотелось возвращаться обратно, очередной раз подставляя себя под заклинания. О том, как выпустить душу на волю, в книге не объяснялось. Подразумевалось, что для некроманта эти умения элементарны и не требуют инструкций. Интересно, можно ли в библиотеке отыскать книгу “Некромантия для чайников”?
В дверь постучали. Гермиона засунула книгу с кристаллом под подушку, а сама улеглась под одеяло, делая вид, что только проснулась.
- Войдите, - изображать сонный голос не понадобилось. После ночных приключений Гермиона слегка охрипла, да и отдохнуть совсем не удалось.
- Доброе утро, - это была Люси. В руках горничная держала поднос с завтраком. – Как спалось?
- Хорошо, - Гермиона улыбнулась в ответ и села на кровати. – Который час?
- Половина девятого. В десять запланирована прогулка к морю и пикник, - Люси поставила завтрак на кофейный столик и протянула Гермиона халат. – Мистер Махони велел принести вам завтрак в комнату и узнать, как вы себя чувствуете после вчерашнего.
- После вчерашнего? – нахмурилась Гермиона, вспомнив блуждание по коридорам.
- Вы потеряли сознание, - напомнила Люси.
- Ах, точно. Передайте мистеру Махони, что я чувствую себя превосходно. И обязательно поеду на прогулку.
- Я приготовлю наряд для верховой езды, пока вы завтракаете, - Люси была полна заразительной энергии, и Гермиона сама преисполнилась энтузиазмом. – Хотите принять ванну с ароматическими маслами?
- Да, было бы неплохо.
Это могло быть идеальным утром. С Гермионой обходились, как с принцессой. Завтрак в постель, расслабляющая ванная, прогулка верхом. К подобной роскоши не сложно и привыкнуть.
Пока Люси возилась в гардеробе и ванной комнате, Гермиона надёжно спрятала книгу и кристалл в своей личной сумочке, которую носила с собой. Там хранились самые ценные вещи, с которыми волшебница не желала расставаться ни при каких обстоятельствах. К тому же, девушка всегда имела при себе стандартный набор зелий и противоядий, на всякий случай. Благо, что расширяющие чары помогали уместить в сумочке всё, что нужно. Эта привычка осталась у Гермионы со времен их скитаний по лесам в поисках крестражей.
- Позволите уложить вам волосы под шляпу?
- Конечно, - Гермиона села перед зеркалом и покосилась на перьевое гнездо, которое ей предстоит водрузить себе на голову. Наверное, это было красиво лет сто назад, но сейчас девушка чувствовала себя глупо. Для уверенности в себе ей остро не хватало замечаний Люциуса. Он точно знал все традиции и сказал бы честно, как выглядит Гермиона. Точнее, он сказал бы, если бы всё было ужасно. Если девушка его устраивала, то он просто молчал. Гермиона вздохнула. Даже странно, что ей не хватает Малфоя. Эти дни она мечтала избавиться от назойливого духа, а сейчас собирается рисковать жизнью, чтобы вернуть его. Впрочем, такой был уговор, и Гермиона не собиралась отступать. Она обещала, что вытащит Нарциссу из тюрьмы, и, похоже, не разобравшись полностью в этой истории, у волшебницы мало шансов на успешное завершение дела.
Когда Люси вышла из комнаты, Гермиона открыла шкатулку с украшениями Нарциссы. Желание выглядеть эффектно было ново, девушка привыкла не придавать значения внешнему виду. Она предпочитала простоту и естественность, но сейчас нужно войти в роль. Риваль Махони ни в коем случае не должен заподозрить, что Гермиона напугана. Возможно, некромант даже не знает об её участии в этой истории. А если знает, то как станет себя вести? Едва ли он так просто раскроет карты. В любом случае, Гермионе предстояло вести игру в одиночку, без подсказок Малфоя, и это будет непростая партия.
Девушка отыскала подходящие своему настроения массивные серёжки и большой перстень с черепом и чёрным камнем. В книге изображение черепов встречались на каждой странице. Этот череп подозрительно напоминал те картинки, которые видела Гермиона. Недолго думая, девушка надела кольцо поверх перчатки. Вычурно и вульгарно, но соответствует образу. Гермиона усмехнулась своему отражению в зеркале. Интересно, понравился бы этот ансамбль Люциусу? Стоит думать, что так бы оно и было.
Всё ещё беспокоясь по поводу шляпы и расшитой серебром амазонки, девушка вышла во двор. Все её сомнения тут же развеялись. Если она и выделялась на общем фоне, то только тем, что её наряд выглядел куда более изыскано и элегантно, чем у остальных волшебниц. Да и шляпы смотрелись не так нелепо, как Гермиона предполагала.
- Мисс Грейнджер, доброе утро.
- Доброе утро, мистер Махони, - девушка протянула руку с перстнем для приветствия. Риваль коснулся губами кончиков её пальцев и, разумеется, увидел кольцо.
- Прекрасное украшение, - сказал он, словно намекая на что-то. – Если не ошибаюсь, белое индийское золото, а это чёрный бриллиант?
Гермиона ошеломленно кивнула, даже не подозревая о цене драгоценности. Ну, надо же – чёрный бриллиант!
- Камень Некроманта.
- Простите?
- Чёрные бриллианты издревле считаются камнями некромантов. Они несут в себе энергию, которая позволяет проводить обряды, связанные с переходом из одного мира в другой.
- Неужели? – выдохнула Гермиона, стараясь скрыть нервозность. – А я считала, что это всего лишь милая побрякушка.
- Ваше кольцо – это, несомненно, сильный артефакт. Возможно, вы согласитесь продать его?
- Это подарок, - Гермиона убрала руку за спину.
Девушка была сбита с толку. Либо Риваль Махони не подозревает об её участии, либо сам не причастен к событиям прошедшей ночи. Иначе с его бы ему заводить разговор о некромантии? Или это своеобразная проверка?
К Гермионе подвели гиппогрифа. Девушка впервые видела, чтобы это животное было оседлано. Волшебница поклонилась и, получив лёгкий кивок в ответ, взобралась на спину. К счастью, у волшебницы был опыт катания на гиппогрифах, благодаря Клювокрылу. Ну, а сидеть в седле Гермиона умела ещё с тех пор, когда была маленькой девочкой. До того, как она попала в Хогвартс, девушка занималась верховой ездой.
Гости разбились по парам и тройкам, двинувшись по большой просёлочной дороге, ведущий вниз по склону прямо к каменистому пляжу. Гермиона оказалась вовлечена в разговор с двумя молодыми волшебницами, им даже удалось отвлечь девушку от раздумий.
- Жаль, что вы прибыли на праздник одна, - щебетала одна из волшебниц с фруктово-цветочной россыпью на шляпке. – Я много наслышана о вашем женихе. Говорят, у мистера Уизли отличное чувство юмора.
- Я слышала, что он чудесно играет в квиддич, - подхватила вторая девушка. – Он был вратарём школьной команды.
- Это правда?
- Да, - подтвердила Гермиона и улыбнулась. Её вдруг охватила щемящая тоска по Рону. – Он замечательный.
- А мистер Поттер? Я так надеялась, что он будет здесь.
- Должно быть, много дел в аврорате, - сказала Гермиона.
- Вам повезло быть его подругой. Гарри Поттер – легендарный человек!
- Мисс Грейнджер тоже легенда, Нэтти. Героиня войны! Мало кто удостоен чести получить орден Мерлина в семнадцать лет!
Гермиона опустила глаза, пропуская мимо ушей то, как новые знакомые перечисляют её достоинства. Девушка вовсе не считала себя героиней. Орден Мерлина! Да кому он нужен? Эта бесполезная вещь за сомнительные достижения. Гермиона не считала себя достойной этой награды. Орден лежал в старом платяном шкафу, завёрнутый в изъеденный молью шарф. Волшебница предпочитала вообще не вспоминать, что эта медаль у неё есть. Награда олицетворяла смерть и потери. Да, они втроём сумели справиться с Тёмным Лордом, но какой ценой? Разум подсказывал, что с его властью всё было бы ещё хуже, но и забыть о бессрочно ушедших из жизни людях девушка тоже не могла.
- На самом деле, я приятно удивлена, мисс Грейнджер, - сказала Нэтти, вырывая девушку из угрюмых воспоминаний.
- Почему?
- Я видела ваши колдорграфии. Даже не представляла, что вы окажетесь светским человеком. Вы так изысканы.
- Да, несомненно, утончённая английская леди, - поддержала подругу вторая волшебница.
Гермиона, пресытившись лестью, извинилась и пустила гиппогрифа в галоп, обгоняя по обочине вереницу гостей. Сомнительный комплимент – светская леди. Пусть у неё язык отсохнет, если она когда-нибудь станет так откровенно льстить.
Махони нашёлся в самом начале колонны в компании Панси Паркинсон и незнакомого волшебника. Гермиона хотела развернуться и вернуться обратно, но Риваль заметил её:
- Гермиона, а я всё переживал, где вы потерялись.
- Беседовала с Нэтти и Карин, - Гермионе пришлось пристроиться рядом. Панси состроила рожицу, но ничего не сказала.
Впереди показалась бесконечная линия моря, и девушка на мгновение закрыла глаза, вбирая в себя всю красоту, открывшуюся взору. Гермиона очень давно не была на море. Это целая стихия, неизменно придаёт сил и жизненной энергии.
- Ваши гиппогрифы только по дорожке бегают или летать они тоже обучены?
- Разумеется, - улыбнулся Риваль.
- Не составите мне компанию?
- С удовольствием, - Махони ударил пятками своего гиппогрифа, и тот пустился галопом по дороге, набирая скорость. Гермиона последовала примеру Риваля, и вскоре ощутила, как животное оторвалось от земли, наполняя девушку невероятным восторгом от полёта. Этот гиппогриф не был таким диким, как Клювокрыл, и летел плавно, без резких перепадов. Ему не хватало остроты, но зато можно было лететь в паре и спокойно разговаривать. Риваль, сделав небольшой круг, догнал Гермиону и пристроился справа от неё.
- Любите острые ощущения? – спросил он. – Многие из моих знакомых женщин предпочитают крепко стоять на земле, ощущая под ногами твёрдую почву.
- Они многое теряют, - улыбнулась Гермиона и отпустила поводья, расставив руки в стороны, создавая иллюзию, что парит в воздухе сама.
- Вы удивительны.
- Мистер Махони, мне вдруг стало интересно, чем вас так привлекло моё кольцо?
- Я ищу способы жить вечно, - просто ответил он. Гермиона даже рассмеялась.
- И это кольцо может подарить вам вечную жизнь?
- По древней индийской легенде, чтобы стать бессмертным, вы должны пройти сквозь завесу трёх миров. Самым опасным является пусть сквозь мир мертвых. Умершие души не дадут вам так просто пройти. А этот перстень создаёт щит, который делает вас неуязвимым для мёртвых.
- Вы сказали, что чёрный бриллиант – это камень некроманта. Значит ли это, что ваши, так сказать, опыты являются слегка нелегальными?
- Понимаю, - Риваль тихонько рассмеялся. – Вы представитель закона. Поверьте, я никого не убил и не собираюсь, чтобы достичь своих целей. Некромантия – это не обязательно смерть.
- Я думала, что смерть – это основа.
- Только не для меня. Я добрый некромант.
- Ну, надо же! – не удержалась от сарказма Гермиона. – И давно вы практикуетесь?
- Я ещё не приступал к практической части. Всё это время я занимался сбором информации, читал книги, изучал легенды и магию других культур. Это дело всей моей жизни.
- Я подумаю по поводу кольца, - сказала девушка.
- Не стоит. Думаю, тот, кто вам подарил этот перстень, сделал это намеренно. Оно вас оберегает.
- Скорее всего, этот человек не знал о свойствах кольца.
- В этом я сомневаюсь, - многозначительно усмехнулся Махони. – Я думаю, пришло время спуститься. Все гости уже собрались.
Гермиона, оставшись наедине со своими мыслями, впала в уныние. Итак, что ей удалось узнать? Во-первых, девушка практически была уверена, что Махони ничего не знал о том, что произошло прошлой ночью. Возможно, он очень умело блефует. Но так ли это? Если прислушаться к интуиции, то она подсказывала, что Риваль даже не подозревает о том, что происходит вокруг него, хотя факты говорили обратное. Во-вторых, какова роль Нарциссы Малфой в этой истории? Это её кольцо. Люциус мог знать о нём, а мог и не знать. Всё это давало почву для подозрений. К тому же, Гермиона вдруг вспомнила короткую схватку с двумя волшебниками. Один из них велел позвать ЕЁ. Не ЕГО, а ЕЁ! Кто она? Нарцисса? В школе она встречалась с Махони, а затем сказала, что никогда не слышала об этом человеке. Может, её память вовсе не подвергалась изменениям? Чем больше Гермиона размышляла, тем сильнее ощущала себя марионеткой в чужих руках. Нужно поскорее разобраться во всём.


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
IrkinaДата: Суббота, 07.01.2012, 14:16 | Сообщение # 9
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
Глава 6

Судья Фокс был импозантным мужчиной неопределённого возраста. Морщины вокруг глаз, густые усы и объёмистые формы только придавали ему солидности. Белый шейный платок в сочетании с укороченной чёрной мантией делали судью похожим на королевского пингвина. В целом, впечатление он производил добродушное, всем своим видом располагал к себе, но Гермионе было хорошо известно, что Фокс не лишён корысти. С ним всегда можно договориться, вопрос стоял лишь в цене.
- Добрый день, мистер Фокс.
- Мисс Грейнджер, - мужчина расплылся в ленивой улыбке. – Не ожидал вас встретить за пределами зала суда. Говорят, вы безвылазно сидите на работе. Рад узнать, что это не так.
- К чему столько трудиться, если нет возможности отдохнуть? – улыбнулась девушка в ответ. – Впрочем, порой приходится совмещать приятное с полезным.
Особенно сильная волна прильнула к ногам, окутывая кожу расслабляющей прохладой. Как было бы хорошо сейчас нырнуть в воду с головой, покачаться на волнах, насладиться стихией! Но Английский Канал считается слишком грязным для купания. Благородные волшебники брезгуют, поэтому приходится мириться и надеяться, что в скором времени выпадет возможность осуществить мечту.
- Я понимаю, о чём вы, - сказал Фокс. – До меня дошли слухи о вашей особой клиентке.
- Это не слухи, - серьёзно ответила девушка. – Я совершенно точно уверена в невиновности миссис Малфой и намерена доказать это.
- Похвально. Но вам стоит знать, что мистер Брайс настроен не менее решительно. Полагаю, это будет занимательное противостояние. Ваши выступления всегда меня удивляют.
Гермиона была польщена. Судьям не положено иметь любимчиков, и похвала от такого специалиста, как Фокс, стоила бессонных ночей.
- Я не разочарую вас и в этот раз, - пообещала Гермиона. – Мистер Фокс, вы ведь знакомы с Нарциссой Малфой?
- Да-а, - со смаком протянул волшебник, слегка приподняв голову, и начал мечтательно изучать облака. Гермиона терпеливо ждала. – Да, я был близким другом её матери – мисс Розир. Надо признать, из трёх дочерей Друэллы, Нарцисса была самой прелестной малышкой. Красавица, как и её мать. Настоящая леди – грациозная, утончённая, манерная, сдержанная. Я был слегка разочарован, узнав о её союзе с Малфоем. Не самая лучшая пара для такой милой девочки. Вы знаете, они были дружны с моим племянником…
Гермиона продолжала сохранять на лице вежливую заинтересованность. Хотя девушке не терпелось поскорее закончить с этим делом и вернуться в Лондон. Сейчас это важно, как никогда!
- Должно быть, такая утончённая леди, как миссис Малфой, испытывает крайние неудобства, пребывая в Азкабане.
- Увы, мой юный друг, здесь мы можем рассчитывать только на ваши незаурядные способности и великодушие Великого Мерлина.
- Возможно, вы тоже захотите проявить великодушие? – вкрадчиво предложила девушка. – С вашей стороны было бы весьма щедро и гуманно позволить миссис Малфой провести время до суда в стенах родного дома и в объятиях любимого сына. Смею вас заверить, мистер Фокс, что Драко Малфой так же будет рад проявить НЕМАЛОЕ великодушие и пожертвовать поистине ВЕЛИКОДУШНУЮ сумму вашему личному фонду.
Фокс некоторое время продолжал увлечённо любоваться кружащими над волнами бакланами, прежде чем, слегка улыбнувшись, посмотрел собеседнице в глаза.
- Вы правы, с моей стороны это был бы великодушный поступок. А во сколько оценивается великодушие мистер Малфоя?
- Оно такое же весомое, как и кожаный мешочек, полный трёхсот золотых монет.
На этот раз улыбка у Фокс вышла широка и открытая.
- Что же, я пошлю сову в Азкабан, и вы сможете внести залог за миссис Малфой, а, заодно, пополнить мой личный… фонд.
- Я немедленно этим займусь.
- Ох, мисс Грейнджер, неужели вы решили так скоро покинуть нас, лишив столь приятной компании?
- Дела не ждут, - извиняющимся тоном сказала Гермиона. – Но я слышала, что сегодня на ужин подают фазанов первым блюдом, а так же продолжится турнир по покеру.
- И после вчерашней блистательной победы вы не попробуете облегчить кошельки всех уважаемых волшебников и волшебниц? Право же, мисс Грейнджер, удачу нужно ловить за хвост! Клянусь бородой Мерлина, когда я был немного помоложе…

***
- Зрачковый рефлекс – реакция отрицательная, активности мозга не наблюдается, сердце билось первые три часа, температура тела понизилась до тридцати трёх градусов по Цельсию… - Джинни делала записи в блокнот, попеременно отгрызая кончик пера. – Дыхания нет, всё показывает на то, что пациент мёртв. Но нет ни трупных пятен, не наблюдается ни автолиза, ни высыхания. Следовательно, пациент не может быть мёртв. Но и не может быть жив, потому как кровь по венам не циркулирует… бред какой-то! Такого просто не бывает в науке! Так, о чём это я… ах, шрам на груди горячий и пульсирует, что тоже необъяснимо. Один сплошной облом! Кстати, мистер Малфой, смерть вам, так сказать, к лицу – вы не хмуритесь, все мышцы лица расслаблены, что делает вас моложе на десяток лет и крайне привлекательным. И очень хорошо, что вы меня не слышите!
- Разговариваешь с трупом?
Джинни так и подпрыгнула на месте от неожиданности, едва не опрокинув металлический поднос с инструментами.
- Гермиона! Ты меня до смерти напугала!
- Прости, не хотела.
Джинни стёрла со лба выступивший пот и перевела дух.
- Вообще, я рада тебя видеть живой и невредимой, но как ты меня нашла?
- Легко – увидела дверь с табличкой опасной инфекции.
- Вообще-то, - подруга нахмурилась, - иногда мы вешаем эти таблички не без причины. А если бы тут действительно была какая-нибудь инфекция? Ты могла бы заразиться и умереть!
- Не драматизируй. Я знала, что ты здесь.
- Откуда?
- Не буду раскрывать свои шпионские секреты, - усмехнулась Гермиона, на самом деле не желая признаваться, что просто почувствовала Джинни. Девушка и сама не могла бы поверить в подобное объяснение.
- Итак, ты, наконец, расскажешь мне всё, что произошло?
- Да. Только сейчас уже половина второго ночи, а я почти весь день безвылазно просидела в библиотеке и страшно голодна. Может, поднимемся в твой кабинет и перекусим?
- Ладно, - согласилась Джинни, - я и сама голодна, как медведь после зимней спячки. С самой ночи в больнице сижу.

***
- Итак, что ты узнала? – Джинни сгорала от нетерпения. Гермиона задумчиво жевала сандвич, глядя мимо подруги.
- Ну, во-первых, для проведения Ритуала Духовной Силы нужно четверо некромантов.
- Четверо?!
- Люциус Малфой либо не знал этого, когда рассказывал мне о ритуале, либо забыл. Его дух был вырван из тела, и всё, что связывало его с земной жизнью – воспоминания в том числе – были уничтожены. Но так как дух остался на свободе, его связь с миром живых становилась крепче и, как следствие, воспоминания вернулись, но не все, для полного восстановления нужно больше времени. Это то, как я поняла этот процесс. Что остаётся загадкой, так это почему четверо некромантов, однозначно сильных волшебников, не совладали с одним духом, пускай и очень сильным. И ещё, как этот самый дух вообще остался на земле, да и возможности его с каждым днём становились всё сильнее.
- Я запуталась, - честно призналась Джинни. – Всё это слишком сложно. Меня вот, что интересует, кто эти некроманты? Один из них Риваль Махони, так?
- Я почти уверена, что он жертва для отвода глаз. Махони никогда не скрывал, что занимается некромантией, вот его и используют, чтобы отвести подозрения.
- А если он всё же один из четверых?
- Было бы глупо исключать такую возможность. Я так же подозреваю Нарциссу. У неё есть очень сильный артефакт…
- Это не показатель.
- Согласна, поэтому, я не спешу с выводами.
- Ладно, а как вернуть дух Малфоя в его тело?
- Не знаю, но, кажется, я смогу хотя бы выпустить его на свободу, - Гермиона достала кристалл из кармана и выложила его на стол. Девушка хотела сделать это раньше, как только отыскала в библиотеке нужное заклинание, но не рискнула делать это одна.
- Ну, так чего ты ждёшь?
- Я одна не справлюсь. Это очень сложная магия. Для опытного некроманта заковать или выпустить дух, почти как пальцами щёлкнуть, но для этого они провели не один год, изучая древние гримуары и практикуясь на крысах… или магглах.
- Если кто-то и сможет с этим справиться, то только ты, - уверенно сказала Джинни.
- Да, с твоей помощью.
- Ладно, что я должна сделать?
- Для начала, нужно найти подходящее место – просторное и надёжное, чтобы нас никто не увидел.
- Как насчёт леса недалеко от Норы?
Гермиона несколько мгновений раздумывала, а затем согласно кивнула голвой.
- Пожалуй, ничего лучше мы всё равно не придумаем. Мне нужно девять свечей для обряда…

***
Лес встретил волшебниц неприветливым шелестом листьев и пугающим уханьем сов. Где-то вдалеке выл волк. Или оборотень. Гермиона старалась не думать об этом, всё-таки, этот лес не пользовался дурной славой вроде хогвартского. И всё же мысль, девушка прекрасна знало, что на некромантию вся нечисть слетается, словно пчёлы на варенье. Гермиона не покривила душой, сказав, что не справится одна – заклинание было параллельным, то есть, одновременно требовалось произносить несколько сложных магических формул. У Гермионы вполне прилично получались двойные заклинания, но сосредоточиться на тройных было очень сложно. Впрочем, девушка вполне могла бы освоить подобную науку, но не видела смысла. Подобные заклинания использовались крайне редко и чаще всего относились к тёмной магии или некромантии. Двойные использовались в охранных и щитовых чарах, а так же сложной трансфигурации и анимагии, но всё же не входили в обиход ежедневного пользования, потому Гермиону отложила науку до лучших времён.
Отыскав в лесу подходящую полянку – достаточно ровную и просторную – девушки наколдовали над головами несколько светящихся шаров и принялись за черчение. Джинни занималась тем, что вырисовывала на расчищенной земле равносторонний треугольник заострённой рогатинкой. Гермиона выделывала сложные пассы, светящимися зелёными линиями обозначая пентаграмму в воздухе в нескольких метрах над землёй. Когда с этим было покончено, девушка расставила по углам треугольника по горящей свече, остальные парили в воздухе на углах пентакля. Наконец, главный элемент – кристалл, с заключённой в нём душой – разместился прямо по центру всего этого некромантского безобразия и слегка запульсировал. Гермиона посчитала это за добрый знак и, воодушевившись, отошла на положенное расстояние от места обряда.
Джинни несколько раз прочла нужное заклинание и кивнула подруге, готовая действовать. Своё заклинание Гермиона выучила наизусть, но на всякий случай ещё раз пробежалась глазами по пергаменту. Оставалось надеяться, что всё пойдёт, как надо.
Гермиона вытянула руку и слегка взмахнула палочкой, заставляя пентаграмму светиться ярче, затем провела кончиком палочки по ладони, на которой моментально образовался достаточно глубокий порез. Гермиона зажала палочку в зубах и сложила руки “лодочкой”, ожидая, пока она заполнится кровью, а затем плеснула свою жертву в центр магического круга. Все линии вспыхнули ярким зелёным светом, от чего у девушки на глазах навернулись слёзы. От кристалла начали исходить небольшие лучи, немного напоминающие маленькие молнии. Гермиона кивнула Джинни, и они, синхронно взмахивая палочками, принялись на распев произносить заклинания. Земля под ногами слегка вибрировала, трава в радиусе десяти метров разом почернела, пентаграмма начала вращаться в воздухе, медленно опускаясь вниз. Наконец, когда её края соприкоснулись с гранями треугольника на земле, свечи разом потухли, а кристалл, вспыхнув синим пламенем, раскололся, и из него выскользнуло синеватое облачко, буквально на секунду зависшее над местом действий, а затем растворилось во внезапно наступившей темноте.
- Получилось? – обрадовано спросила Джинни.
- П-похоже, что н-нет, - голос Гермионы дрожал от напряжения и она слегка заикалась. – Ег-го н-нет. К-кажется, что-т-то не т-так… не сработало.
Девушка подобрала кристалл с земли и осмотрела его, покрутив в окровавленной руке.
- Он не д-должен был треснуть, - голос понемногу восстанавливался.
- Значит, такова судьба, - обречённо сказала Джинни. – Не грусти, ты ведь даже не была уверена, что взяла правильный кристалл.
Гермиона кивнула, чувствуя себя опустошённой.
- Идём домой. Останешься сегодня у нас.
Подходя к кухне девушки заметили тускловатый свет. Джинни решила, что маме опять не спится, и она по привычке замешивает тесто для утренних пирогов. Но девушка ошиблась. За большим кухонным столом отыскалась весьма нелицеприятная компания, которую представляли в стельку пьяные Рон, Гарри, Джордж и Невилл. Последний громко похрапывал, завалившись на соседний стул. Джордж как раз разливал остатки огневиски, когда в кухне появились девушки.
- О-о-о-о! – дружно протянули мужчины.
- У-у-у-у! – в ответ им скорбно запели Гермиона и Джинни.
- Блудные… ик!.. жёны вернулись! – обрадовано возвестил Гарри, чьи глаза заметно косили.
- Вот уж кого не ожидал встретить, - пробурчал Рон. На него алкоголь действовал не так убийственно, как на остальных. Рон хмелел гораздо дольше и быстро отходил от действия горячительных напитков, но даже он был далеко не в самом лучшем состоянии. Хотя речь его звучало внятно, но слегка заторможено и растянуто.
- По какому случаю праздник? – поинтересовалась Гермиона.
- Пьём за здоровье лучшей половины человечества, - торжественно объявил Джордж. – За мужчин.
- А ну-ка марш спать, лучшая половина! – приказным тоном велела Джинни, отбирая стаканы. Между ней и Роном завязалась возня, расплескавшая половину содержимого на и так не слишком чистый стол. Гарри воздержался и со слегка пристыженным видом отдал жене стакан. Что-то отбирать у Джорджа было поздно, он предусмотрительно спрятал драгоценную жидкость внутри себя.
- А посему Герм-иона… ик!... в крови? – спросил Поттер, с трудом сфокусировав взгляд на подруге.
Гермиона торопливо убрала ноющую руку за спину. Рон нехорошо сощурился, поджав губы, Джордж многозначительно фыркнул, в Невилл громко всхрапнул.
- Ох, совсем забыла! – опомнилась Джинни и застучала дверцами шкафчиков. На столе моментально появились различные флакончики. Гермиона по опыту знала, что чем темнее стекло, тем гаже содержимое. Так медики прятали от клиентов нелицеприятные ингредиенты.
- Можно же просто заклинанием… - не слишком уверенно сказала Гермиона, зная, что спорить с Джинни в вопросах медицины бесполезно. Девушка по дороге худо-бедно стянула края раны, но на обряд ушло столько сил, что заклинания получилось слабеньким.
- Останется шрам, - отрезала Джинни и, поднеся руку подруги к свету, покачала головой. – Никогда не занимайся самоврачеванием! Ты хочешь вообще без руки остаться? Гермиона, тебе хорошо известно, что есть травмы, излечить которые невозможно…
- Я знаю, - девушка зашипела от боли, когда Джинни опорожнила один из флакончиков на руку. Края раны снова разошлись и кровь хлынула с новой силой. Джинни, смочив ватные тампоны очередным зельем, обработала рану. Кровь прекратила литься ручьём. Девушка удовлетворённо кивнула и откупорила третий флакон, аккуратно смазав ранку густым прозрачным гелем, приятно пахнущим ромашкой, а затем наложила на ладонь стерильную повязку.
- К утру не останется и следа.
- Можно было обойтись обычным заклинанием, - проворчала Гермиона.
- Я тебе не какой-то там дилетант, - обиделась Джинни. – Шрамы никаким образом не украшают девушку.
- И что это вы делали? – поинтересовался Рон, когда процедура была окончена.
- Э-э-э…
- Ну-у-у…
- Знаешь что, дорогой братец, это не твоего ума дела!
- Вот о чём… ик!.. я весь вечер и говорил, - произнёс Гарри.
- О чём это? – живо заинтересовала Джинни, переводя взгляд от одного мужчины к другому.
- Это же селекционный боярышник!!! – заорал вдруг Невилл, подорвавшись с места. Открыв глаза, он окинул компанию пьяным взглядом, а затем снова улёгся на стулья и мирно захрапел. Вопль его травоведческой души разрядил обстановку. Все слегка захрюкали от смеха, чтобы не расхохотаться в голос, и Джордж, как самый старший, сознательно поднялся с места и, слегка шатаясь, направил на Невилла палочку, левитируя его в гостиную на диван.
- Спать, - скомандовала Джинни, поднимая мужа с места.
Гермиона и Рон остались на кухне вдвоём. Девушка несмело глянула на парня, ожидая от него хоть какой-то реакции. Они ведь поссорились. Захочет ли он видеть предательницу в своей постели? Станет ли он вообще с ней разговаривать?
- Идём, - удивительно мирно сказал он. – Паршиво выглядишь, тебе нужно поспать.
Гермиона пошла следом за Роном по лестнице и нерешительно остановилась у его комнаты.
- Тебе особенное приглашение нужно? – грубовато поинтересовался он изнутри.
- Просто я не уверена, захочешь ли ты… меня, - призналась Гермиона.
- Тебя, конечно, захочу, но только когда ты отмоешься от крови.
- Рон! – девушка прикрыла дверь. – Я не о том!
- Ладно, - тихонько рассмеялся он, кидая невесте свой халат и просторную футболку, - я понял, что ты имела в виду, но окровавленную я тебя в кровать всё равно не пущу.


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
IrkinaДата: Суббота, 07.01.2012, 14:17 | Сообщение # 10
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
***
Утром Гермиона подскочила с кровати, ещё не успев проснуться. Девушку напугал звонкий и громкий звук падения чего-то стеклянного на пол. С трудом приоткрыв один глаз и рефлекторно схватившись за палочку, волшебница обнаружила на полу груду коробок и глиняных горшков из-под цветов, которые миссис Уизли держала на антресоли, почему-то в комнате Рона. Последний перекатился с живота на спину, потянулся, издав звук, похожий на рёв медведя, и, заложив руки за голову, открыл глаза.
- Ты чего? – проморгавшись, спросил Рональд.
- Вот, - Гермиона указала на место преступления. – Упало.
- Наверное, пикси, или гном забрался, - Рон широко зевнул. – Здесь постоянно что-то падает.
- Да? – девушка скептически повела бровью, пытаясь припомнить подобные случаи, но железная уверенность Рона успокоила её. – Ладно, уже почти девять утра, а у меня куча дел. Пойду в душ…
- А ты не расскажешь мне, что вчера произошло?
- Неудачный магический эксперимент, - и, чтобы перевести тему, Гермиона сменила тон на ласковый приторный говор: - А ты не хочешь составить мне компанию в душе?
Предложение окончательно пробудило Рона, и он охотно подорвался с кровати, глуповато улыбаясь в предвкушении. Примирение в душе затянулось на добрый час, но оно того стоила. Гермиона старалась не думать, что в Азкабане её ждет не дождётся Нарцисса, которую без подписи адвоката на волю не выпустят. Миссис Уизли, абсолютно счастливая от такого наплыва гостей в её доме, приготовила пышный завтрак, достойный лучших столовых самых привередливых монархов. Молли умилённо наблюдала, как многочисленное семейство за обе щеки с нечеловеческой скоростью уничтожает плоды её кулинарных трудов. В столь прекрасном настроении Гермиона отправилась домой, чтобы переодеться в чистую одежду, а затем прямиком аппарировала в порт, как раз успев к отходу парома, который держал курс на Азкабан.
В камере ожиданий Гермиону дожидались раздражённые Малфои – Драко и Нарцисса.
- Ты должна была появиться ещё час назад! – возопил Драко.
- Извините, у меня были важные дела.
- Что может быть важнее моей матери?
- Для тебя - ничего, - весомо заметила девушка. Она совсем не испытывала чувства вины. Как Джинни и обещала, рана на ладони исчезла, но осталась тоненькая розоватая полосочка, которая неприятно зудела и напоминала о событиях вчерашней ночи. Для семья Малфоев Гермиона делала всё и даже больше, так что её небольшое опоздание по личным причинам никак не отягощало совесть.
Следом за волшебницей в камеру вошёл главный тюремщик и человек, которого Гермиона хотела видеть до суда менее всего – Брайс. Он презрительным взглядом, достойным самого Люциуса, окинул собравшуюся компанию и чуть заметно кивнул Гермионе.
- Доброе утро, мистер Брайс, - девушка излучала доброжелательность. – Не ожидала вас здесь увидеть.
В самом деле, он мог бы отослать на неприятное дело своё доверенное лицо, как делал много раз.
- Это, - Брайс взмахнул палочкой, и на железный стол, намертво прикрепленный заклинаниями к полу, упала тяжёлая деревянная коробка-шкатулка с внушительным замком-руной, - браслет, который миссис Малфой обязуется носить, не снимая, до заседания.
- Какой уродливый, - изрекла Нарцисса, увидев достаточно массивную железную вещицу, напоминающую составную часть кандалов.
Брайс проигнорировал её замечание.
- Он будет блокировать магию, как вам известно, мисс Грейнджер, вашей подопечной запрещено пользоваться волшебством. Надеюсь, вы проинструктировали её?
- Вам запрещено пользоваться волшебством, миссис Малфой, - улыбнувшись, сказала Гермиона.
- А так же покидать пределы поместья.
- А так же покидать пределы вашего поместья, - согласно повторила девушка.
- Вы меня уже проинструктировали, мисс Грейнджер, - слегка поджав губы, сказала Нарцисса. И хотя Гермиона говорила на эту тему лишь с Драко, она была уверена, что тот передал слова матери точь-в-точь.
- В таком случае, - Брайс ещё раз взмахнул палочкой, и на стол, рядом с коробкой, упал лист пергамента, - это ваше согласие на все условия освобождения под залог. Подпишите. Грейнджер, вы тоже. За нарушение договора ответственность за вашу подопечную лежит на вас.
- На мне? – девушка удивлённо вскинула бровь. – Может, мне ещё поселиться в Малфой-мэноре, чтобы двадцать четыре часа в сутки контролировать действия миссис Малфой?
- Это не моя забота, - безразлично ответил Брайс. Гермиона насупилась, раздумывая над сложившейся ситуацией. Что за дикость? Обычно адвокаты не несут ответственность за действия своих подопечных.
Тюремщик кашлянул, привлекая к себе внимание.
- Мисс Грейнджер, я могу выделить человека, который будет следить за миссис Малфой, - Гермиона всегда ему нравилась, и мужчина решил помочь девушке.
- Нет, благодарю, - холодно отрезала Нарцисса. – Я с удовольствием предоставлю лучшие комнаты в своем доме своему адвокату.
Гермиона хотела возразить – идея с посторонним наблюдателем нравилась ей куда больше, но Драко сделал такое лицо, что девушке ничего не оставалась, кроме как покорно кивнуть головой. С мыслью “Рон меня убьёт” Гермиона подписала бумаги.

***
Идея, которая изначально казалась Гермионе дикостью, начинала нравиться девушке всё больше. Её поселили в гостевом крыле, комнаты действительно были шикарными, но всё это мало заботило девушку. Пребывание в Малфой-мэноре никоим образом не радовало её, но открывалась чудесная возможность получить ответы на вопросы, которые давно уже назрели.
Как Гермиона и предупреждала, за домом установили слежку. По дороге к мэнору девушка несколько раз предупредила Нарциссу и Драко, что если им нужно сообщить что-то важное, пусть пользуются услугами пергамента и пера, потому что любая информация может быть буквально использована Брайсом против них.
Обед в просторной столовой – тёмной и немного зловещей – проходил в напряжённой обстановке. Ни Гермиона, ни Малфои не испытывали особого восторга от общества друг друга. Только Астория пыталась как-то поддерживать беседу, и выглядела при этом весьма глупо. Гермиона пока не успела сделать определённого вывода о супруге Драко – была ли она пустоголовой кокеткой, или за кукольной внешностью кроется что-то серьёзное?
После обеда Нарцисса заявила, что хочет выспаться, и отправилась в свою спальню. Гермиона чувствовала себя не просто незваной гостьей, а пленницей Астория пригласила девушку в кабинет, где Драко, по-хозяйски величественно, устроился у камина и занялся чтением каких-то бумаг. Астория пыталась развлечь девушку светской беседой, но эта наука никогда не давалась Гермионе с особым успехом, и очень скоро волшебнице заскучала, думая, как вырваться из этого капкана. Конечно, можно было бы положиться на честное слово Нарциссы, что она не станет нарушать предписанные обязательства, но слово Малфоев для Гермионы было пустым звуком. Когда весь энтузиазм Астории сошёл на нет, и она начала украдкой поглядывать на мужа в поисках поддержки, Гермиона вежливо попросила отвести её в библиотеку, где она смогла бы спокойно заняться работой. Астория обрадовалась, что может хоть что-то полезное сделать для гостьи, и проводила девушку в огромный зал, заставленный стеллажами до высокого потолка. Попутно девушка показывала ходы и коридоры, рассказывая, что куда ведёт. Мэнор вполне мог претендовать на мини версию Хогвартса.
- А лаборатория здесь есть? – осторожно спросила Гермиона.
- Целых две. Одна рядом с кабинет покойного мистера Малфоя, она используется для приготовления зелий, а вторая в подвале, там дедушка Драко ставил магические эксперименты. Ею уже давно никто не пользуется, всё покрылось вековым слоем пыли. Я хотела как-то навести там порядок, но Драко запретил. Сказал, что это может быть опасно. Мало ли что запылилась в колбах и на полках? Нужно отправить туда эльфов, но у меня всё руки не доходят.
Гермиона сдержалась при упоминании эльфов и обратила взор к книжным шкафам. Литературы тут хранилось множество. Наверняка, предки Малфоев собирали эти книги ещё со времён заложения первого кирпича в мэноре, а то и раньше.
- Тут есть какая-нибудь система в поиске книг?
- Вон в том шкафу каталог, - Астория указала на самый маленький и невзрачный шкафчик.
- И там записаны все книги? – скептически спросила девушка.
- Ну, да, - Астория пожала плечами. – Она автоматически вносятся в список заклинанием. Если вы возьмёте какую-нибудь книгу с полки, то на первой странице появится ваше имя, название книги и дата с временем, когда вы её взяли.
- Удобно, - одобрила девушка, но всё ещё сомневалась, что все книги могут быть записаны в каталоге. Если Малфои держат запрещённую литературу, – а она у них однозначно есть, - значит, эти книги будут заколдованы.
- Располагайтесь с удобством, Гермиона. Если что-то понадобится, просто позовите вслух Лорри. Это эльф, который приставлен к вам.
Гермиона кивнула, твёрдо решив оставить несчастного эльфа в покое. У неё и так забот полно. Как только дверь за Асторией закрылась, Гермиона открыла каталог и принялась досконально изучать названия книг. Как она и предполагала, попадались очень интересные и редкие экземпляры, которые девушка с большим удовольствием бы изучила, будь у неё на то время. Но ничего подозрительного не нашлось. Гермиона тоскливым взглядом окинула библиотеку – едва ли ей даже за год удастся отыскать заколдованные книги. К тому же, не факт, что здесь будут свидетельства, связывающие Нарциссу с некромантией. На её месте девушка бы спрятала книги в более укромном месте, например, в лаборатории. Хорошо бы прогуляться туда на экскурсию.
Девушка вздохнула, отложила каталог и нашла в ящике дородного стола листок пергамента и перо с чернилами. Устроившись поудобнее, Гермиона принялась составлять список. Итак, кто из присутствующих гостей на балу в Брайтоне мог желать ей смерти? Если предположить, что в тот роковой вечер Риваль Махони действовал под Империусом, то кто бы мог его наложить? Гермиона начала вспоминать людей, с которыми играла в покер. Несколько фамилий оказались вписанными в лист. Крупными буквами девушка написала имя Панси Паркинсон и поставила напротив большой жирный вопрос. Нет, маловероятно. Паркинсон совершенно тупое создание, она не сподобилась бы на подобные стратегические ходы, к тому же, что она может иметь против Люциуса? Разве что он запретил сыну жениться на ней, и Паркинсон воспылала жаждой мести. Интересно, вообще, откуда взялась эта Астория? У неё проскальзывает в речи лёгкий акцент. Возможно, она из Корнуэла или Уэльса. В Хогвартсе Астория Гринграсс не училась. Откуда она вообще взялась? Немного подумав, Гермиона записала её имя в отдельный столбик прямо под именем Нарциссы. После нескольких часов записей, таблиц, схем, стрелок и понятных одной Гермионе пометок, у девушки немилосердно разболелась голова. Самое время сделать перерыв. Но не успела Гермионы выйти из библиотеки, как дверь отворилась и появилась Нарцисса, заметно приободрившаяся и похорошевшая. Девушка невольно позавидовала гордому стану женщины, её зрелой и холодной красоте. Как же они с Люциусом подходили друг другу, просто идеально, как две половинки одного целого! Гермиона с какой-то непонятной щемящей тоской вспомнила о Малфое. Хорошо бы наведать к Джинни в больницу и узнать, как обстоят дела с телом Люциуса. Если девушка в самом деле развеяла его дух по ветру, то тело, по логике вещей, должно было умереть по-настоящему.
Гермиона скрутила лист пергамента в узкую трубочку и чуть улыбнулась Нарциссе.
- Работаю над вашей защитой, - сказала она.
Нарцисса кивнула, решительно подошла к столу, вытащив ещё один лист пергамента и, взяв перо, быстрым мелким почерком написала несколько фраз, заставивших Гермиону судорожно вздохнуть.
“Я всё вспомнила. Я не убивала мужа. Мне нужно с вами серьёзно поговорить”.
Девушка задумчиво смотрела на лист, не в силах собраться с мыслями. Нарцисса так и не дождалась реакции, а потому, непривычным мягким голос предложила:
- Мисс Грейнджер, я хочу прогуляться в саду. Не составите мне компанию?
- Да, - Гермиона кивнула, всё ещё стараясь взять себя в руки.
Пока они спускались вниз, девушка лихорадочно соображала. Что Нарцисса имел в виду, сказав, что всё вспомнила? Как? Стоит ли верить её словам или заранее не принимать ничего на веру? К тому же, каким образом она собралась всё рассказать, ведь ведётся прослушка? Гермиона жестом напомнила об этом Нарциссе, но та лишь отмахнулась, уверенным, совсем не прогулочным шагом, углубляясь в сад. Солнце на горизонте постепенно опускалась, окрашивая небо в сказочный красноватый свет. Шпили мэнора приняли загадочный медный оттенок, а чёрный кирпич впервые перестал казаться Гермионе зловещим. Наконец, они вышли на небольшую площадку, посередине которой возвышалась витиеватая изящная беседка из белого мрамора, прямо в середине которой оказался фонтан. Здесь не было никаких глупых фигурок мальчиков, девочек или животных, которые исторгали струи воды из самых неподходящих мест. Напор шёл, казалось, прямо из земли, создавая впечатление гейзера. Вода растекалась по мощеной площадке ручейком, который удивительным образом не менял русло и стекал в небольшой пруд, заросший лилиями и кувшинками. Место самом по себе было очень красивым, просто созданным для романтических свиданий, которых у Гермионы отродясь не бывало. С Роном они не разменивались на подобную ерунду, если не считать нескольких обедов в Косой Аллее. Гермиона считала себя наименее романтичной особой из всех представительниц женской половины Британии.
Нарцисса присела на бортик фонтана, не побоявшись испачкать свою белую шёлковую мантию, расшитую чёрными замысловатыми узорами. Гермиона решила, что её чёрным брюкам тем более ничего не грозит, и присела рядом.
- Здесь можно поговорить, не опасаясь, что нас услышат. Это фонтан – магический источник, он перебивает любое волшебство в радиусе тридцати метров, так что это самое безопасное место во всём мэноре.
- Что вы вспомнили? – перешла к делу Гермиона, сгорая от нетерпения.
- Это прозвучит странно, но в моей голове словно просветление наступило. Такое ощущение, что всё это время я находилась в дурмане. Это не Империус, я знаю, он действует иначе, к тому же, вряд ли кто-то сумел бы меня заколдовать.
Гермиона не стала интересоваться, от чего такая непоколебимая уверенность, и продолжила внимать словам Нарциссы.
- Я совершенно точно знаю, что не убивала мужа. И, уж тем более, не заставала его в постели с другими женщинами.
- Расскажите, как всё было.
- Как я и говорила, я отдыхала вместе с сыном и невесткой во Франции, когда Люциус прислал сову и попросил меня вернуться в Уилтшир. Я незамедлительно аппарировала домой. Как оказалось, Люциус не зря меня вызвал, ведь вернулся Риваль Махони.
Гермиона вскинула голову и с неподдельным интересом посмотрела на Нарциссу. Так, это уже что-то.
- Что вас с ним связывает?
- Достаточно бурный роман в молодости, но родители были против нашего замужества, потому моё чувство достаточно быстро увяло. Я всегда знала, что мне не стоит влюбляться в человека, которого не одобрит семья.
- И Люциус Малфой подходил на эту роль? – из любопытства спросила Гермиона.
- Идеально, - с некоторой нежностью улыбнулась Нарцисса. – В нашей жизни был только один период, когда я в нём усомнилась. Мне совсем не нравилось, что Драко оказался втравлен в историю с Тёмным Лордом.
Гермиона чуть досадливо сжала губы. Значит, вот, как они это называют? История с Тёмным Лордом? Для этой войны девушка подбирала эпитеты куда более подходящие. Для неё это был самый страшный кошмар в жизни, ужас, от которого она, как и многие её друзья, так до конца и не оправились. Гермиона старалась лишний раз не вспоминать о войне, но и забыть себе не позволяла.
- И чем же вам не угодил Махони?
- Он практиковал некромантию. Ещё в школе…
Гермиона мысленно отметила этот факт. По версии самого Махони, он безобидный теоретик, который никак не решится перейти к практике.
- Признаться, мы с Люциусом тоже немного баловались, - продолжала Нарцисса, но ничего серьёзного. – Поднимать мертвецов мне не нравилось – слишком грязная работа, да и Люциус предпочитал Тёмные Искусства.
Гермиона поразилась подобной откровенности и усомнилась, стоит ли верить всему.
- Но тогда Люциус не на шутку увлёкся идеями Махони о бесконечной силе. Они проводили запрещённые обряды, изымая души у магглов. Однако когда стало известно, что я помолвлена с Люциусом, Риваль и мой будущий супруг немного повздорили и попытались прикончить друг друга. Ничего не вышло в тот раз, да и в остальные тоже.
- В остальные?!
- О, для них это стало увлекательной игрой не на жизнь, а на смерть. В ход шло всё: от Авады до отравленных яблок. Даже когда Риваль мигрировал в Индию, попытки убийства становились не редкостью. Разумеется, Люциус не был в восторге от того, что его враг вернулся на родину. У нас только наладилась жизнь! Люциус был не приклонен и горел желанием расквитаться с Махони, а я, проявив себя слегка напуганной супругой, решила действовать без ведома мужа и отправилась на встречу с Ривалем. Принял он меня радушно, и очень удивился моей просьбе не убивать моего мужа. Риваль сказал, что уехал в Индию лишь потому, что Люциус постоянно пытался отправить его на тот свет. Сам Махони утверждал, что после того единственного раза больше не делал попыток убийства. Он говорил так убедительно, что я поверила ему. Я уже собиралась вернуться домой и успокоить Люциуса, когда меня внезапно сбили заклинанием, и я надолго потеряла сознание. Очнулась в своей спальне около мёртвого тела собственного супруга с мыслью, что именно я его и убила.
Гермиона молча рассматривала собственные пальцы, сокрушаясь по поводу коротких ногтей. Да, занятная история. И клубок всё больше запутывается. Ох, уж эти Малфои на пару с Махони! Больше всего Гермиону поразило известие о том, что Люциус сам занимался некромантией. Впрочем, чему тут удивляться? Вот только, пожалуй, стоит вписать его имя в список.
- Вы были в доме Махони, который находится в Брайтоне?
- Да. Вы его знаете?
- Немного, - Гермиона пожала плечами. – Мне интересно, каким образом вы всё вспомнили, находясь такое долгое время под действием непонятного мне заклинания. Обливиэйт просто стирает память, возврат воспоминаний возможен только тем, кто их отнял. Вам же кто-то внушил совершенно новые воспоминания. Как? Гипнозом? И почему вы вспомнили истину?
- Я не знаю, мисс Грейнджер, но, надеюсь, что это поможет мне доказать невиновность. Я ведь действительно ни в чём не виновата!
Нарцисса протестующе стукнула рукой по бортику фонтана, и тяжёлый браслет на её руке издал звонкий звук удара.
- Разрешите? – Гермиона взяла Нарцисса за запястье и пристально изучила браслет. – Вот, в чём причина. Этот браслет развеивает любую магию, и, похоже, заклинанием спало само собой, когда Брайс застегнул вам его на руку.
- Это вам что-то даёт?
- Нет, - Гермиона заметила по ободку вкрапления маленьких чёрных камней, очень смутно напоминающих ей те же бриллианты, что и в кольце. – Пока нет. Если вы вспомните ещё какую-то важную информацию, то дайте мне знать.
- Хорошо.

***
Ночь в Малфой-мэноре прошла беспокойно. Впервые за долгое время Гермионе приснился кошмар с Тёмным Лордом и Беллатрисой в главных ролях. Даже удивительно, как всё изменилось! Теперь она по доброй воле ночует в доме, которого всю жизнь хотела бы обходить стороной. Будущее Нарциссы Малфой зависит от её умений распутывать запутанные клубки преступлений, а жизнь Люциуса висит на волоске, непонятным образом связавший девушку по рукам и ногам. Да и где он сейчас, Люциус?
Крепкий сон пришёл лишь под утро, когда Гермиона окончательно измучилась. Просыпаться не хотелось, хотя чей-то знакомый, но чужой голос настойчиво звал её по имени в надежде разбудить. Когда девушка снова проваливалась в сон, она вдруг узнала голос, что заставило её моментально проснуться. Гермиона села на кровати, с некоторым восторгом, смешанным с ликованием и неуместной радостью, уставилась прямо перед собой.
- Доброе утро, мисс Грейнджер, - в свойственной только ему ехидной, пренебрежительной и саркастической манере сказал Люциус Малфой. – Успели соскучиться?..


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
IrkinaДата: Суббота, 07.01.2012, 14:20 | Сообщение # 11
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
Глава 7

Итак, предпоследняя глава. Всё идёт к своему логическому завершению, и я искренне надеюсь, что вы не запутаетесь во всём. Если что-то не так и что-то не будет сходится, напишите мне, пожалуйста, об этом - буду исправлять. =)
С уважением и благодарностью к читателям, Софи.

Кстати, сделала простенькую иллюстрацию к фику (чтобы веселей было):
http://s001.radikal.ru/i194/1112/f7/a4b4fcc08b89.jpg

- Где вас носило?! – первичная радость сменилась праведным гневом. – Вы хотя бы представляете, что мне пришлось пережить?
- Не будь вы такой дурой, то ничего бы не случилось. Вы потащились следом за Махони, а я, к вашему сведению, попал в расставленную им ловушку.
- Так уж Риваль Махони и виновен во всех ваших злоключениях! И вы далеко не невинная жертва нехорошего некроманта!
- Решили сменить сторону?
- Ничего я не решила, - обиженно парировала Гермиона, - но и на вашей стороне я отродясь не была. Мне интересно, как только ваша совесть смирилась с тем, во что вы втянули свою жену.
- Это не вашего ума дело. Если бы вы, глупая девчонка, чётко следовали моим инструкциям, то всё бы уже решилось.
- Если бы я следовала вашим инструкциям, то мы бы сейчас не разговаривали! И не смейте называть меня глупой девчонкой, потому что дура не сумела бы отыскать ваше тело, отбиться от сотни инферналов и высвободить ваш паршивый дух!
Гермиона тяжело дышала. Её трясло от злости. Конечно, не стоило ждать благодарности от Малфоев, но как же обидно слышать подобные слова в свой адрес!
Люциус тихонько хмыкнул и, вроде как, состроил примирительную гримасу.
- Ладно, - согласился он. – Но порой вы ведёте себя, как полная идиотка.
- До встречи с вами такого не случалось, - пробормотала Гермиона, наконец, осознав, что стоит перед Малфоем практически обнажённой. Он, конечно, не проявлял к ней никакого интереса, но девушка смутилась и покраснела до кончиков ушей, отворачиваясь к кровати и закутываясь в маленький шёлковый халатик, отыскавшийся в шкафу накануне вечером.
- Я одного не понимаю, - заговорила Гермиона из ванной. – Где вы были эти два дня?
- Собирался с силами, - совершенно серьёзно ответил Люциус. – Мне становится всё тяжелее поддерживать конкретную форму. Нужно поскорее, чтобы вы вернули меня в тело.
Гермиона застонала. Даже не стала спрашивать, почему она. А кто ещё, кроме неё, это сделает?
- Почему вы утаили от меня, что для обряда Духовной Силы требуется четверо некромантов?
- Вам откуда это известно?
- Время, пока вас не было, я провела весьма плодотворно. Советую вам, мистер Малфой, рассказать мне всю правду целиком. Вы обманули меня единожды, но теперь я в этом кое-что понимаю, так что…
- Для вас это не имеет значения, потому я и не сказал. Главным из них всё равно является Махони.
- А если предположить, что он ни при чём?
- Это невозможно.
- Мой опыт подсказывает обратное, - Гермиона надела удобные бриджи с футболкой и вышла из ванной. – Вы наняли меня защищать вашу жену в суде, но при этом я оказалась в эпицентре событий, и теперь они меня напрямую касаются. Я всё равно всё узнаю, но с вашей помощью будет быстрее.
- Грейнджер, проведите обряд Воскрешения, и всё будет кончено. Я буду свидетелем в суде, и это снимет все подозрения с моей жены.
- Всё будет действительно кончено, если мы выведем преступников на чистую воду!
- Я бы предпочёл этого не делать.
Гермиона нахмурилась и с подозрением воззрилась на Малфоя.
- Вы бы предпочли расквитаться с личными врагами Авадой, я понимаю, - тихо сказала волшебница. – Но я не имею ни малейшего желания оправдывать вас перед присяжными.
- Почему вы? – удивился Люциус.
- А кто бы ещё за это дело взялся?
- А вы бы взялись?
Гермиона потрясённо замолчала. Действительно, с чего бы ей защищать Люциуса?
- Где вы спрятали моё тело?
- О нём заботится Джинни Поттер.
- Нужно поскорее всё исправить. Моё положение меня совсем не радует.
- Что же, пожалуй, я рискну оставить миссис Малфой без присмотра. А вы, кстати, знаете, как вернуть ваш дух обратно в тело?
- Знаю.
- Чем дальше в лес, тем больше дров, - буркнула Гермиона.
- Что вы имеете в виду?
- Ничего.
Девушка не стала высказывать свои подозрения вслух. Но чем больше она узнавала о некромантии, тем сильнее была её уверенность – Люциус не прекратил баловаться ею со школьных лет. Его дух не может быть сильнее любого другого, если, разумеется, он не укрепил его искусственным путём. Сколько душ невинных магглов он успел украсть? И почему Гермиона не чувствует себя бесконечно виноватой, помогая серийному убийце? Конечно, раньше нужно было думать. Как говорится, вымокнув под дождём, наступает такой момент, когда становится уже всё равно.

***
- Слушание назначено на послезавтра, - рассуждала Гермиона. – Если вы хотите эффектно появится в здании суда, то нужно проводить обряд сегодня ночью, чтобы у меня оставался день в запасе подкорректировать выступление в случае неудачи.
- Не хочу даже рассматривать такую возможность.
Люциус, удовлетворившись видом своего тела, окончательно успокоился. Его непоколебимая решительность была весьма заразительной, но Гермионе нужно было как-то избавиться от духа, чтобы решить кое-какие вопросы, о которых Малфою лучше не знать… пока.
- Вам нужно набраться сил.
- У меня достаточно сил, - отрезал Люциус.
- Вы сами говорили, что становится всё сложнее поддерживать… форму. Я предлагаю вам время, чтобы вы… ну, не знаю, помедитировали. Как у духов это делается?
- Не говорите ерунды.
- В самом деле, мистер Малфой. Я беспокоюсь об успехе всего дело, которое может провалить любая мелочь. Да мало ли что может произойти! Вы ведь как-то заряжались энергией эти дни…
Гермиона осеклась, осознав, как глупо это звучит. Дух не аккумулятор, чтобы подзаряжаться, но, тем не менее, Люциус, немного поразмыслив, согласился.
- Я останусь в офисе и займусь бумагами, - улыбнулась девушка. – Так что вам лучше не отвлекать меня. К вечеру вернусь в Малфой-мэнор, и мы сможем заняться обрядом.
Люциус с сомнением посмотрел на волшебницу – не без причины, надо признать. Но то ли он стал больше доверять Гермионе, то ли действительно нуждался в подпитке сил, Малфой исчез из кабинета, как воспитанный человек, воспользовавшись дверью.
Девушка выдержала небольшую паузу, прежде чем поднялась с места, воровато огляделась по сторонам и вышла за дверь.
- Никки, - Гермиона положила пергамент перед помощницей. – Здесь список имён. Я хочу, чтобы ты узнала, кто из них учился в одно время с Нарциссой Малфой в Хогвартсе.
- Да, мисс Грейнджер.
- В первую очередь отметь тех, кто был на одном курсе с ней. Или старше.
- Вы считаете, кто-то подставил Нарциссу?
- У меня несколько вариантов, - туманно ответила девушка. – Займись этим в первую очередь, всё остальное может подождать.
Чем больше Гермиона впутывалась в эту историю, тем сильнее была уверенность, что всё замешено на какой-то давней и личной вражде Малфоев с неизвестным или неизвестными преступниками, которые сами не дураки подгадить жизнь ближнему, оставаясь при этом на виду у всего общества. Некоторое время назад Малфои сами вели подобный образ жизни, так что удивляться нечему. Да и ставшая в последнее время весьма полезной интуиция девушки полностью соглашалась с её измышлениями. И сейчас чутьё подсказывало, что нужно вернуться в Брайтон.
Риваль Махони появился в гостиной практически сразу же, как сама Гермиона прибыла в замок. Мужчина явно был заинтригован.
- Гермиона! – удивлённо, но тепло приветствовал он. – Вы так неожиданно исчезли, а теперь появились, что я и не знаю, что думать…
- Прошу прощения за мой нежданный визит… и за то, что не попрощалась. Мне пришлось срочно отбыть в Лондон, чтобы заняться неотложными делами.
- Понимаю, - улыбнулся Махони. – Мне жаль, что вы пропускаете большую часть праздника. Я так понимаю, вы прибыли по делу? Или всё же…
- Нет-нет, - торопливо поправила Гермиона. – Мне нужно с вами поговорить. М-м… - девушка слегка замялась. – Ваши слуги принесли чай, не составите мне компанию?
- Конечно, - согласился Риваль. В комнате тут же появился эльф и принялся разливать горячий напиток по чашкам.
- О чём вы хотите побеседовать? – спросил Махони, когда слуга снова исчез.
- Это достаточно щекотливая тема, - Гермиона сделала глоток и упоённо протянула: - М-м, какой изумительный вкус! Это индийский чай?
Риваль тоже сделал глоток, затем ещё один, чтобы лучше распробовать напиток.
- Да, - ответил он. – Отборный сорт, приготовленный по древней традиции буддийских монахов.
- Так вот, - Гермиона внезапно потеряла интерес к чаю, - я хочу поговорить с вами о Нарциссе Малфой и её муже.
- Что вы хотите узнать? – несколько изменившимся голосом спросил Махони, отпивая ещё чая. Гермиона широко улыбнулась, чувствуя удовлетворение от удавшейся затеи.
- Вы замешены в похищении духа Люциуса Малфоя?
- Да.
- Вы действуете по собственной инициативе?
- Нет.
- Я так и знала! – воскликнула взволнованная девушка. – Кто за всем этим стоит?
- Я не знаю имён.
- Вы когда-либо пытались убить Люциуса Малфоя?
- Однажды. В школе.
- Больше попыток не было?
- Нет.
Гермиона задумчива повертела опустошённый флакончик от зелья в руках и, сунув его обратно в карман, потребовала:
- Расскажите мне, как проводится ритуал Духовной Силы.
- Жертва должна находиться в центре “паутинки” – особенного пентакля, который сковывает тело и лишает воли, - послушно начал Махони, - на местах четырёх Архангелов – Рафаила, Уриила, Михаила и Гавриила – должны стать некроманты, каждый несущий одну из стихий. Для достижения лучшего результата некромантов должно связывать кровное родство. Как альтернатива, до ритуала они могут провести Братский обряд, но эффект не будет иметь достаточной силы. Поэтому испокон веков некромантией занимались целыми семьями. Некроманты произносят формулы вызова, изгнания, подчинения и пленения. Дух покидает тело, после чего волшебники должны разорвать его на четыре части и присоединить к своему собственному.
- Зачем разрывать дух на четыре части? – удивилась Гермиона.
- Обычно некроманты делят духовную силу между собой, так заведено. К тому же, если дух слишком сильный, таким образом его легче подчинить.
- А может ли быть так, что дух слишком сильный даже для четверых некромантов?
- Это практически невозможно. Прецеденты случаются крайне редко. Как правило, невозможно разорвать и поглотить дух другого некроманта.
- Я так и знала! – возмущённо воскликнула Гермиона. – А для возвращения духа в тело тоже нужны пентаграммы, некроманты и зубодробительные формулы?
- Нет, здесь всё гораздо проще, ведь дух сам хочет вернуться в своё тело. Нужен лишь волшебник, который добровольно согласится помочь.
- Мистер Махони, вы мне очень помогли. Простите меня за то, что я сделала и сейчас сделаю…
Гермиона наставила на Риваля палочку и прошептала “Обливиэйт”, стирая из памяти хозяина дома последний разговор. Прежде чем он успел прийти в себя, Гермиона долила чай в его чашку и с совершенно невинным видом улыбнулась.
- Просто изумительный чай, - сказала она.
- Да, индийский, - бесцветно проговорил Махони, а затем встрепенулся. – Простите, кажется, я задумался. Вы хотели со мной о чём-то поговорить?
- У меня к вам небольшая просьба. Не могли бы вы быть моим свидетелем защиты в суде?

***
Суд собрался полным составом. На трибунах сидели посторонние зрители и целая армия журналистов, чьи перья заработали с искромётной скоростью, стоило только Гермионе войти в двери. Через пару минут появилась Нарцисса в сопровождении сына. Драко кивком поприветствовал Гермиону и занял место в зале.
- Что же, зрители собрались, - прошептала девушка своей помощнице. – Уверена, спектакль их не разочарует.
Никки улыбнулась в ответ, но по-прежнему пребывала в недоумении. Но можно было с уверенностью сказать, что выступление мисс Грейнджер будет зрелищным и неожиданным. Гермиона традиционно приберегала козыри в рукавах, чтобы эффектно выставить их на всеобщее обозрение, повергая противников в шок.
Суд начался с самых обыкновенных процедур. Первым Нарциссу допрашивал Брайс и так измучил женщину провокационными вопросами, что она едва сдерживала накопившиеся эмоции, но миссис Малфой с блеском выдержала испытание. Гермиона невольно восхищалась Нарциссой за её выдержку.
- Как вам известно, обвиняемая находилась в одной спальне с жертвой…
- Конечно, она находилась с ним в одной спальне, - перебила Гермиона, - как ВАМ известно, Люциус Малфой и Нарцисса Малфой супруги.
По залу прокатился короткий смешок.
- Следователями и медицинскими экспертами совершенно точно установлено время убийства – два часа сорок семь минут, в ночь с пятнадцатого на шестнадцатое июля. – Как ни в чём не бывало, продолжил Махони. - В это же самое время палочкой, которой владеет обвиняемая, было воспроизведено заклинание Авада Кедавра. Ваша Честь, совершенно очевидно, что Нарцисса Малфой использовала заклятие, чтобы отомстить мужу.
- Прошу прощения, Ваша Честь, я хотела бы уточнить, о какой мести говорит мистер Брайс?
- Как я уже сказал ранее, речь идёт об адюльтере. Миссис Малфой застала своего супруга в постели с любовницей. Если вы позволите, Ваша Честь, я хотел бы вызвать её в качестве свидетеля обвинения.
- Да, пожалуйста, - великодушно позволил судья Фокс.
Нарцисса и Гермиона удивлённо переглянулись и с интересом наблюдали приближение высокой большегрудой брюнетки, одетой в мантию цвета жвачки. Изумлению миссис Малфой не было предела, на мгновение она даже потеряла своё хвалёное самообладание:
- Это же смешно! – воскликнула она. – Люциус бы и на расстояние заклинания не подошёл бы к этой…
Судья три раза постучал молотком, призывая к порядку.
- Мисс Грейнджер, проследите, чтобы ваша подопечная вела себя должным образом.
- Да, Ваша Честь. Извините.
Гермиона умоляюще посмотрела на Нарциссу и прошипела:
- Миссис Малфой, держите себя в руках!
- Это абсурд! – зашептала в ответ Нарцисса, пылая праведным гневом. – Даже у вас больше шансов стать любовницей моего мужа, чем у этой женщины. Невооружённым глазом видно, что она явилась сюда прямиком с Лютного переулка! Люциус бы на такое никогда не купился.
- Я понимаю ваше негодование, но вы не должны реагировать на фарс, который здесь происходит.
- А что мне ещё остаётся делать? Вы должны меня защищать, но и пальцем не пошевелили для этого. А Брайс уже практически вынес мне смертный приговор!
- Наберитесь терпения. Нужно дождаться, когда все игроки выйдут на сцену.
Нарцисса скептически поджала губы и повернулась к “любовнице” мужа.
Брайс как раз начал допрос:
- Мисс Ковальски, как долго вы пребывали в связи с Люциусом Малфоем?
- Мы познакомились с ним семь лет назад, - глубоким грудным голосом ответила брюнетка. Гермиона услышала, как рядом фыркнула Нарцисса. – Всё это время мы с ним периодически встречались.
- Расскажите о вашей последней встрече с мистером Малфоем.
- Это было пятнадцатого июля, кажется. Да, точно, в пятницу. Люциус пригласил меня и мою подругу на ужин в свой особняк в Уилтшире. Обычно, мы встречались на нейтральной территории, но в тот день его жены не было дома. Если честно, ужин был совсем недолгим, мы практически сразу занялись делом. Прямо в столовой. Затем поднялись в спальню…
- Можете опустить подробности, - торопливо сказал Брайс. – Вы помните, в котором часу появилась миссис Малфой?
- Я не уверена, но, кажется, было около часа ночи, может, немного позже.
- И как она отреагировала на ваше присутствие?
- Достаточно спокойно, - свидетельница пожала плечами. – Мне показалось, она привыкла видеть мужа в чужих объятиях, и это её нисколько не удивило.
- Пока её рассказ подозрительно сходится с тем, что вы рассказали мне при нашей первой встрече, - прошептала Гермиона Нарциссе.
- Думаете, кто-то так же изменил её память?
- Возможно.
- Мисс Грейнджер, вы желаете допросить свидетельницу?
- Да, Ваша Честь, - Гермиона поднялась с места и улыбнулась брюнетке. – Мисс Ковальски, как часто за последние семь лет вы встречали с мистером Малфоем?
- Не реже, чем раз в неделю.
- Наверное, он испытывал к вам сильные чувства…
- Мы не разговаривали о чувствах.
- Ну, это же очевидно, - как маленькому ребёнку принялась объяснять Гермиона. – Раз в столь напряжённое военное время Люциус Малфой находил время на свидания с вами, он определённо чувствовал к вам нечто большее, чем обыкновенную похоть.
- Протестую, Ваша Честь! – воскликнул Брайс. – Чувства свидетеля и жертвы не имеют отношения к делу.
- Протест принят. Ближе к делу, мисс Грейнджер.
- Да, Ваша Честь. Мисс Ковальски, скажите, вам понравился Малфой-мэнор?
- Это очень красивый особняк.
- На каком этаже спальня мистера Малфоя?
- На втором.
- Она на третьем.
- Может быть, - женщина пожала хрупкими плечиками. – Я не считала этажи.
- Мисс Грейнджер, вы снова уходите от дела, - напомнил судья.
- Я просто хочу напомнить, что лжесвидетельство в нашей стране является уголовно наказуемым, - невинным тоном сказала Гермиона.
- Протестую! – снова воскликнул Брайс. – Воспоминания мисс Ковальски были тщательным образом проверены экспертом.
- Протест принят.
- Что же, у меня больше нет вопросов.
Гермиона вернулась на место, и Нарцисса тут же на неё накинулась:
- Почему вы не пошли до конца? Нужно было уличить мерзавку во лжи.
- Вы слышали, что сказал Брайс? Воспоминания были проверены, а, значит, признаны истинными. Я пока не могу доказать обратное.
- Вы хоть что-нибудь можете?
Гермиона промолчала, устало окинув зал взглядом. Она зацепилась за яркую фигуру мисс Ковальски, которая с удобством устроилась в зале. Свидетельница хищным взглядом изучала Гермиону, и девушка почувствовала себя неуютно. К тому же, появилось странное чувство, что она уже ранее встречалась с этой женщиной, вот только где? Девушка пробежалась глазами по пергаменту со списком имён, в который раз чувствуя, что что-то упустила.
- В зал суда для допроса вызывается медицинский и судебный эксперт доктор Аскольд Мейхер.
- Надо же, - снова зашептала Нарцисса. – А он неплохо устроился. Судебный эксперт!
- Вы его знаете? – оживилась Гермиона.
- Ещё бы! Аскольд ухлёстывал за мной ещё в школьные годы, впрочем, не он один. Правда, он был уверен, что моя мама отдаст меня за него замуж, ведь у неё была интрижка с его дядей. Кстати, как ни странно, вот этот самый судья Фокс и есть его родственник. Наверняка, он помог устроиться любимому племянничку…
- Ну, надо же! – изумилась Гермиона.
- А что вас удивляет? В нашем мире все друг с другом повязаны.
- Это как раз не удивляет. Расскажите мне поподробнее о Фоксах…
Пока Брайс допрашивал Мейхера, Нарцисса бегло прошлась по истории своих школьных лет. Она как раз успела рассказать всё, что интересовала девушку, к тому моменту, как Брайс закончил задавать вопросы. Гермиона поднялась для допроса. Дело постепенно приближалось к своей кульминации. Нетерпение и возбуждение нарастало, оставалось потерпеть самую малость.
- Доктор Мейхер, - обратилась Гермиона, - расскажите, пожалуйста, как вы определили причину смерти Люциуса Малфоя с медицинской точки зрения.
- Всё элементарно просто, - голос у доктора звучал спокойно и рассудительно, - прекращение мозговой активности и остановка сердца в результате действия Смертельного Заклинания.


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
IrkinaДата: Суббота, 07.01.2012, 14:21 | Сообщение # 12
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
- Вы имеете в виду Аваду?
- Разумеется. Это единственное заклинание, после которого смерть наступает мгновенно.
- Разумеется, - его же словами подтвердила Гермиона и улыбнулась. – И, конечно, вы легко отличите человека, который стал жертвой этого заклинания от другого человека, умершего от сердечного приступа или в результате удушения угарным газом.
- По медицинским показателям это установить практически невозможно. Авада не оставляет следов.
- Скажите, вы лично осматривали тело Люциуса Малфоя?
- Да.
- И вас не удивил необычный пульсирующий шрам на груди потерпевшего?
- Прошу прощения, - встрял Брайс, - о каком шраме идёт речь?
- Ваша Честь, господа присяжные, я лично осматривала тело Люциуса Малфоя в присутствии другого медицинского эксперта – Джинни Поттер. На груди мистера Малфоя был свежий магический след. Доктор Поттер настаивала, чтобы тело Люциуса Малфоя осталось в больнице ещё на несколько дней для выяснения обстоятельств, но доктор Мейхер пренебрёг советом коллеги. Это так?
- Так и было, - подтвердил свидетель. – Шрам на груди жертвы был оставлен более ранним неизвестным мне заклинанием, и не он послужил причиной смерти, потому я и пренебрёг советом доктора Поттер.
- На сколько процентов вы уверены?
Мейхер некоторое время колебался, а затем ответил:
- На девяносто девять.
- Не понимаю, к чему вы ведёте, мисс Грейнджер, - несколько презрительно отозвался Брайс. – Хотите ли вы сказать, что Люциус Малфой умер иным способом? И кто же стал жертвой заклинания Авады Кедавры, которым воспользовалась подсудимая?
- Палочка неоспоримо принадлежит Нарциссе Малфой, но это ещё не значит, что кто-то другой не мог воспользоваться ею. А так же я задаюсь вопросом, действительно ли Люциус Малфой был мёртв?
По залу поползли возмущённые и удивлённые шёпотки. Кто-то даже позволил себе хихикнуть. Судье пришлось призвать зрителей к порядку.
- Это абсурдное и нелепое заявление, мисс Грейнджер, - с насмешкой в голосе сказал Брайс. – Кто, по-вашему, воспользовался палочкой миссис Малфой?
- Её муж – Люциус Малфой, - как ни в чём не бывало, ответила Гермиона, вызвав ещё более бурную реакцию.
- Это голословное заявления. Люциуса Малфоя похоронили – живого или мёртвого, как вам будет угодно, и никто не сможет подтвердить ваше предположение.
- Боюсь разочаровать вас, мистер Брайс, - усмехнулась девушка, - но, как оказалось, есть свидетель, который может подтвердить этот факт.
Гермиона почувствовала внутреннее удовлетворение, заметив бешенство на лице Брайса.
- У вас ещё будут вопросы к этому свидетелю? – спросил Фокс.
- Нет, - в один голос ответили адвокаты.
- В таком случае, я хотел бы увидеть свидетеля мисс Грейнджер.
- В зал суда вызывается свидетель защиты мистер Риваль Махони.
Все головы повернулись в сторону двери, с любопытством изучая новую фигуру на арене. Только Гермиона в упор смотрела на одного единственного человека, заинтересованная в его реакции. Кое-кто был совсем не рад появлению Риваля. И этот кое-кто, судя по всему, и заварил кашу. Дела обстояли гораздо серьезнее, чем девушка предполагала изначально. К счастью, она предусмотрительно подготовилась к самому худшему. Осталось лишь открыть карты.
Риваль охотно рассказал о своей давней вражде с Люциусом. К счастью, он не затронул тему некромантии. Гермиона и так опасалась, что сидящие в зале преступники испугаются раньше времени и вытворят какую-нибудь глупость, до того, как она раскроет их истинные лица. Девушка и так нервничала, каждую минуту ожидая “взрыва”.
- Значит, вы утверждаете, что в ночь с пятнадцатого на шестнадцатое июля у вас с Люциусом Малфоем была дуэль? – уточнил Брайс.
- Именно так.
- Ваша Честь, это же невозможно! Мой свидетель, мисс Ковальски, провела эту ночь вместе с Люциусом Малфоем в его доме. Не мог же он оказаться в двух местах одновременно!
- Воспоминания мистера Махони были так же тщательным образом проверены, как и воспоминания мисс Ковальски, - напомнила Гермиона.
Брайс растерялся, впервые на памяти девушки.
- Допустим, по каким-то причинам он оказался в двух местах одновременно, - предположил аврор, взяв себя в руки. – Почему же на дуэль с мистером Махони он взял палочку жены, а не свою собственную?
- Я не знаю, почему, - ответил Махони. – Но я совершенно точно уверен, что в руках он держал палочку Нарциссы, а не свою. Обе палочки мне хорошо знакомы ещё со школьных лет.
- Прошло немало времени с тех пор. Вы уверены, что ничего не перепутали?
- Я уверен.
В подтверждение своих слов Махони описал палочки Нарциссы и Люциуса, чтобы у суда не осталось сомнений.
- И что же произошло после дуэли? – поинтересовался Брайс. – Выходит, вы убили Люциуса Малфоя?
- Я не убивал Люциуса. Он меня оглушил заклинанием, и очнулся я уже только на следующее утро, а в газетах появились статьи об убийстве Малфоя.
- Вы уверены, что среди заклинаний, которые использовал Люциус Малфой, было заклинание Авады?
- Да.
- У меня больше нет вопросов, - Брайс с разочарованным видом уселся на место.
- Итак, - сказала Гермиона, - Ваша Честь, господа присяжные, мы подошли к самому главному. У нас есть два свидетеля, утверждающие, что во время убийства были с жертвой. Оба воспоминания являются истинными, значит, делая логический вывод, мы можем предположить, что какой-то злоумышленник выпил Оборотное зелье и принял облик Люциуса Малфоя.
- Протестую, Ваша Честь, это не доказана.
- Протест принят.
- Согласна, - кивнула Гермиона. – Мне и самой такой вывод не нравится. В таком случае, мистер Малфой не мог оказаться в двух местах одновременно. Значит, одно из воспоминаний является ложным.
- Протестую, Ваша Честь, в нашей судебной системе это невозможно. Эксперт не мог ошибиться.
- Протест принят.
- Да, но, Ваша Честь, возможно, вам известно, что существует определённая ветвь Тёмной Магии, которая не подвергается никаким проверкам.
- Я не понимаю, о чём вы говорите, мисс Грейнджер, - сказал судья Фокс.
- Я говорю о некромантии. Мистер Риваль Махони является теоретиком в этой области, и он сможет подтвердить, что если память человека подверглась изменениям под действием некромантии, то никакими известными способами установить это невозможно.
- Это так, - сказал Риваль.
- Опять голословные факты, мисс Грейнджер, - отозвался Брайс.
- Вот здесь я с вами не соглашусь. Во-первых, память моей подопечной была подвергнута изменениям, и всё стало на свои места в тот момент, когда вы лично, мистер Брайс, застегнули на ней этот самый браслет, - Гермиона приподняла руку Нарциссы с металлическим обручем на запястье, чтобы все смогли его увидеть. – В течении нескольких часов её память восстановилась и, разумеется, миссис Малфой сумела вспомнить истинные события той ночи, что и рассказала на допросе.
- А мистер Риваль Махони помнит разговор с Миссис Малфой в тот день? – ехидно спросил Брайс. – Почему же вы не вызвали его свидетелем слов Нарциссы Малфой? Она заявила, что пятнадцатого июля побывала в Брайтоне в доме Риваля Махони, где стала жертвой заклинания и ничего не могла вспомнить до того самого момента, когда якобы нашла тело мужа в спальне.
- Мистер Махони не может подтвердить этого, потому как его память так же подверглась изменениям.
- Мисс Грейнджер, - строго сказал судья, - суд не станет принимать это заявление в счёт, если вы не предоставите нам доказательств.
- Что же, пожалуй, я хотела бы вызвать ещё одного свидетеля для допроса. Уверена, он сумеет пролить свет на это запутанную историю. К тому же, одно его появление убедит всех, что в деле действительно замешана некромантия.
- Вызывается свидетель защиты… - начал пристав и запнулся, изумлённо уставившись в пергамент, - мистер Люциуса Малфой?..
Зал дружно ахнул, а когда открылись двери и Люциус уверенно вошёл внутрь, ещё и повставал с мест. Драко так же вскочил со своего стула, неверяще глядя на отца. Нарцисса прижала руку к губам, будто испугавшись, что из груди вырвется неконтролируемый крик. За всем поднявшимся шумом, никто не заметил, как в зал вошли несколько человек в чёрных мантиях и капюшонах, скрывающих лица. Гермиона удовлетворённо улыбнулась – как раз вовремя они появились. В это время Люциус, как ни в чём не бывало, сел на кресло для допроса, поклявшись, что собирается говорить только правду.
- Этого просто не может быть! – возмутился Брайс. – Это какой-то фарс! Малфой лежит в гробу под толстой каменной плитой…
- Неужели? – осведомился Люциус.
- Он ведь не мог воскреснуть! А некромант способен создать лишь инфернала…
- Всё очень просто, мистер Брайс, - спокойно сказала Гермиона, дрожащей рукой нащупав палочку в кармане. Девушка заметила, как человек на трибуне продвигается к выходу и готовилась в любой момент остановить его, но её опередили. – Дело в том, что Люциус Малфой не умирал. Он не становился жертвой Нарциссы Малфой, что автоматически делает её невиновной, ведь преступления, в котором её обвиняют, не было.
- Но как вы объясните всё произошедшее?
- Я позволю вам допросить свидетеля первым, - великодушно предложила Гермиона.
Люциус рассказал заранее подготовленную историю. Разумеется, истинную, но утаив некоторые факты. Он повторил слово в слово рассказ о вражде с Махони, который до этого изложил Риваль. И закончил на том же месте, где и его кровный враг – на неудавшейся дуэли, после которой кто-то злостно попытался похитить дух Люциуса.
- Некроманты! – негодовал Брайс. – Но как аврорат упустил это из вида?
- Действительно, как вы это упустили? – укоризненно спросил Люциус, вызывающе глядя Брайсу в глаза.
Кажется, Гермиона накануне переусердствовала, покрывая бранными с ловами своего оппонента. Люциус успел воспылать к аврору не меньшей неприязнью, чем испытывала сама девушка.
- Но кто эти некроманты?
В зале воцарилась гробовая звенящая тишина, не предвещающая ничего хорошего. Гермиона никак не могла решиться ответить на заданный вопрос.
- Я думаю, мисс Грейнджер знает ответ, - Люциус сверлил волшебницу взглядом. Гермиона от негодования едва не вскрикнула, но Малфою удалось подтолкнуть её к действию.
- Действительно, - голос чуть заметно дрожал. Девушка вздохнула, взывая ко всему спокойствию, которым она обладала. Вся нервозность скопилась в одном месте, готовая выпрыгнуть наружу, и волшебнице приходилось сдерживать себя, чтобы не ткнуть пальцами в злоумышленников, и будь, что будет.
- Действительно, - уже уверенней повторила она, - я могу рассказать вам ВСЮ историю. Много лет назад, когда ещё Нарцисса Блэк училась в школе, у неё было множество поклонников. Среди них было немало тех, кто мечтал породниться с благородным семейством волшебников. Подобные союзы немало значат в нашем мире, и некоторые люди готовы платить высокую цену за возможность присоединиться к элите магов. Обычно, в таких семьях всё решают родители. Так было и с Нарциссой. Её мать и отец поставили дочери определённые рамки, в которых она должна была выбрать себе жениха. Среди претендентов был Люциус Малфой, который достаточно активно склонял Нарциссу в свою сторону, при этом устраняя противников не всегда честным путём. Кое-кому это, разумеется, не понравилось. Например, семья Фоксов рассчитывала, что Нарцисса отдаст предпочтение именно их представителю, и были, мягко сказать, не рады, узнав, что девушка сделала выбор не в их пользу. Надо отметить, что Фоксы так же надеялись, что Люциус Малфой выберет в жёны Вивьен Фокс, но и тут их надежды оказались тщетными. Всё бы ничего, но молодой Аскольд пожелал вызвать Малфоя на дуэль и доказать Нарциссе, что именно он достоин стать её супругом. Дело в том, что Люциус публично оскорбил Аскольда и, опуская подробности, доставил ему некоторые неприятности, чего парень не смог простить. Хочу так же обратить внимание на то, что до этой истории Люциус, Аскольд и Риваль были близкими друзьями и практиковали некромантию. Я не могу точно знать, что именно произошло в те далёкие дни, но мне известны последствия. На жизнь Люциуса Малфоя постоянно покушались, и дело выглядело таким образом, что главным виновником стал Риваль Махони. Малфой не мог спустить подобное оскорбление с рук и начал защищаться, в итоге чего мистер Махони эмигрировал в Индию от греха подальше. Что несколько удивительно, по истечению более двадцати лет старая обида не забылась. Для Фоксов это был вопрос чести, но они не могли обставить дело так, чтобы никто их не заподозрил. К тому же, в военный период это было бессмысленно. Но тут вдруг на родину возвращается Риваль Махони, и у Аскольда созревает план. Он сводит в дуэли Люциуса и Риваля, обоих оглушает заклинаниями, после чего подчиняет себе мистера Махони и изменяет его память. Дом Риваля в Брайтоне, благодаря своим знаменитым катакомбам, идеально подходит для временной резиденции некромантов, к тому же, там есть полностью оборудованная лаборатория. Встаёт вопрос, как расквитаться с Малфоями. Убить Люциуса слишком просто для некромантов, и они решают совместить приятное с полезным – провести ритуал Духовной Силы. После удачного проведения обряда, тело должно было просто исчезнуть, и все бы посчитали, что Люциус Малфой пропал без вести. Но тут возникли осложнения – дух оказался куда крепче, чем предполагалось, и некроманты не сумели с ним совладать. И, разумеется, осталось мёртвое, с виду, тело. Задумка была по истине гениальной. В руках преступников оказалась Нарцисса Малфой, которую заранее убрали, чтобы она не помешала совершить задуманное. И если изначально планировалось отпустить её, то сейчас решили воспользоваться ситуацией. Тело Люциуса и бессознательную Нарциссу вернули в Малфой-мэнор. Когда миссис Малфой пришла в себя, она была уверена, что убила мужа на почве ревности. Разумеется, она не стала рассказывать аврорам о своих воспоминаниях, отвергая обвинения, но и не слишком упорствовала в этом, потому как считала себя виноватой. Тело же Люциуса доставили в больницу святого Мунго, где доктор Аскольд Мейхер подтвердил смерть. Голос молодого специалиста Джинни Поттер ничего не значил, хотя девушка видела подозрительный шрам на груди жертвы. Так же были найдены совершенно посторонние люди, вроде мисс Ковальски, чья память так же подверглась изменениям. Они должны были в суде засвидетельствовать лже-факты. Всё складывалось идеально, если бы не одно “но”. Оно как раз сейчас стоит перед вами. Джинни Поттер моя близкая подруга попросила меня взглянуть на тело Люциуса Малфоя прежде, чем его похоронят и что-то доказать уже будет невозможно. Меня заинтересовал шрам. Слишком уж он напоминал известный след на лбу Гарри Поттера, который до сих пор является единственным выжившим после Авады. На следующий день я отправилась на похороны, где меня ждал сюрприз. Я увидела дух Люциуса Малфоя. Разумеется, я сначала решила, что мне показалось, но лишь до того момента, когда он появился у меня в офисе и попросил защитить его жену. Я провела собственное расследование, вследствие чего сама подверглась нападению, нашла украденное, кстати, из могилы тело Люциуса и помогла его духу вернуться в тело.
Гермиона сделала глубокий вдох, не обращая внимания на нарастающее в воздухе напряжение, и повернулась к судье.
- Мне очень жаль, мистер Фокс, но вы не учли, что дух не растворится, как ему положено, а примет телесный облик, оставшись на земле. К тому же, вы и предположить не могли, что волшебники, вроде меня, обладающие предрасположенностью к прорицаниям, могут увидеть вырванный из тела дух.
- Это… это… - судья вытер рукой пот со лба. Действительно, такого он совсем не ожидал.
- Вам и вашему племяннику удавалось до последнего держаться в тени. Я бы и не заподозрила вас, если бы истинные воспоминания не вернулись к миссис Малфой, если бы я не догадалась подкинуть Ривалю Махони небольшое колечко из аналогичного металла, да и план ваш был не таким уж и идеальным, как вам казалось ранее.
- Это ещё нужно доказать!..
- Я думаю, авроры займутся этим.
- Разумеется, - послышался голос из зала.
Гарри, который до этого скрывался под мантией, поднялся с места и вывел в зал Аскольда Мейхера, который, почуяв, к чему идёт дело, попытался сбежать из зала суда, но авроры во главе с Поттером появились как раз вовремя, чтобы не дать ему это сделать. Остальные наставили палочки на судью, забирая его под стражу. Гермиона впервые облегчённо выдохнула, с лёгкой гордостью отметив, что всё прошло даже лучше, чем она планировала. Девушка работала на чистой интуиции, которая подсказала ей, как верно заполнить пропущенные “кирпичики” в этой истории. Волшебница подозревала, что истинные злоумышленники окажутся здесь во время суда, но не думала, что ими будут такие уважаемые люди, как судья Фокс и доктор Мейхер. Если бы Нарцисса не узнала Аскольда – своего бывшего ухажёра – кто знает, как бы всё сложилось?
- Очень жаль, мистер Брайс, что вам не удалось упрятать Нарциссу за решётку, - сказала девушка, довольная собой. – Но вы сможете отыграть на судье Фоксе и его родственнике.
- Мисс Грейнджер, их только двое, а должно быть четверо, - Брайс, как всегда, думал в первую очередь о другом.
- Третьим был Риваль Махони, но он действовал не по собственной воле. Если вы решитесь обвинять его, то я лично согласна стать в защиту.
Брайс махнул рукой, опровергая предположение.
- А четвёртым некромантом является неизвестная мне женщина, я думаю, это Вивьен Фокс, ещё одна племянница нашего судьи. Найти её уже дело аврората, а не моё.
Брайс кивнул головой и направился к Поттеру, чтобы тот ввёл его в курс дела. Суд закончился сам собой, присяжные лишь формально вынесли вердикт, признав Нарциссу невиновной. В зале воцарился хаос. Люди обсуждали происшествие, которому грозило стать главной сенсацией года. Девушка оглянулась на Малфоев, которые что-то активно обсуждали воссоединившимся семейством. Гермиона хотела, было, подойти к Люциусу и сказать ему что-то… что угодно, просто услышать от него хотя бы намёк на благодарность, чтобы он обратил на неё внимание, но теперь, когда он больше не был духом, а стал самим собой, это стало как-то неудобно. Девушка ещё раз тоскливо глянула на него, ещё не слишком разобравшись, что испытывает теперь к этому человеку, но подумать над этим Гермионе не дали. На неё налетела толпа жаждущих журналистов, и пришлось отвечать на вопросы. Когда с этим было покончено, Малфои уже ушли.

***
- Нет, ну каков же подлец! – бесновалась Джинни. – А я так уважала доктора Мейхера!
- Он, кстати, во всём признался, - Гарри сидел на полу около дивана, опёршись на ноги жены.
Вечером Поттеры позвали Гермиону и Рона к себе в гости, чтобы выпить за проделанную работу и, конечно, главную героиню сей пьесы. Сама Гермиона испытывала смешанные чувства, которые назвать радостью или ликованием язык не поднимался. Девушка чувствовала себя опустошённой. К тому же, ей всё время казалось, что Люциус где-то рядом и вот-вот появится. Она так привыкла к присутствию Малфоя, что всё время только о нём и думала.
- Всё ещё не могу в это поверить! – сказал Рот, отпив глоток пива из бутылки. – Малфой воскрес, Гермиона видит духов, некроманты похищают чужую силу воли – это слишком даже для волшебного мира!
- Да, если бы не Гермиона… - протянул Гарри. – Представляю, каково ей было всё это время в компании старшего Малфоя. И хоть бы нам рассказала!
- А вы бы мне поверили? – неизвестно из-за чего окрысилась девушка.
- Ну, Джинни же ты рассказала, - с обидой ответил Рон.
- Потому Джинни меня и втянула в эту историю.
- Кстати, сколько Малфой обещал тебе за работу?
Гермиона неопределённо пожала плечами и отвернулась. Ей было противно думать о деньгах, и ещё более неприятно принимать их из рук Люциуса. Как будто всё, что она сделала, было только ради наживы.
- А ради чего? – ехидно поинтересовался внутренний голос.
Ох, если бы она знала!
- Кажется, алкоголь ударил мне в голову, - сказала Гермиона. – Выйду подышать свежим воздухом…
Солнце уже спряталось за горизонтом, но ночной летний воздух был тёплым и душистым. Гермиона сразу же почувствовала себя лучше. В комнате ей было душно, к тому же раздражал запах одеколона Рона. Нужно подарить ему новый. Интересно, каким пользуется Малфой?
- Гермиона?
- Я здесь, Джинни.
- Всё в порядке?
- Да.
- Ты выглядишь подавленной.
- Я просто устала.
- Точно?
- Точно.
Подруги некоторое время молча смотрели на небо.
- Я думала, что буду рада, когда всё закончится, - тихо сказала Гермиона. – Но мне кажется, что я приобрела что-то очень важное и одновременно что-то потеряла. Я не могу разобраться в себе, это пугает…
- Возможно, тебе стоило поговорить с Малфоем, - Джинни всегда была проницательной, а в том, что касалось отношений между людьми, понятливее её не было никого.
- Это абсурд, - отмахнулась Гермиона. – Просто необычная ситуация выбила меня из колеи.
- Как знаешь.
Девушка снова замолчали, что позволило им услышать шелест крыльев приближающейся совы.
- Это тебе, - сказала Джинни, отвязав письмо от лапки.
Гермиона развернула пергамент и изумилась:
- Это от Малфоев. Они приглашают меня на ужин!..


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
IrkinaДата: Суббота, 07.01.2012, 14:21 | Сообщение # 13
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
Глава 8


Она прижалась к нему всем телом, умоляя, чтобы он держал её крепче и не отпускал никогда. Она поддалась и теперь принадлежит ему. Его взгляд обжигает, заставляет дыхание сбиться, а сердце колотится так, словно вот-вот наступит конец света, а она только рада этому. Они оба балансируют на грани невыносимо жестокой страсти, которая причиняет боль и в то же время дарит ни с чем несравнимое удовольствие. Руки жадно исследуют тело, безжалостно сжимают кожу, оставляя синяки. Жёсткие острые камни впиваются в спину, но она чувствует только вкус его губ, растворяется в нём без остатка. Это самое лучшее, что случалось с ней в жизни…
Гермиона проснулась за мгновение до того, как, перевернувшись, свалилась с кровати на пол. Простынь под девушкой смялась и сбилась в ком, тонкое одеяло обвилось вокруг ног – в нём-то Гермиона и запуталась.
- Ты чего? – сонным голосом спросил Рон, лениво приоткрывая глаза.
- Глупый сон. Спи, ещё очень рано.
Девушка, наконец, справилась с одеялом и кинула его на кровать, не торопясь ложиться обратно. Рональд снова провалился в сон, Гермиона на цыпочках вышла на кухню и налила себе лимонада со льдом. Жарко, а ведь ещё нет и пяти утра. Девушка выглянула в окно, безразличным взглядом наблюдая за парой голубей на карнизе. Недолго думая, Гермиона вышла во двор и присела на полуразваленную деревянную скамейку, оглядываясь по сторонам. Сад выглядел диким. Все кусты заросли сорняками, и лишь местами проглядывали сумевшие выжить в жестоких условиях цветы. Зорким взглядом девушка высмотрела куст смородины и направилась к нему, решив немного поживиться кисло-сладкими плодами. Этот дом вместе с большим участком земли Рон купил для них. Парень давно настаивал, чтобы Гермиона переехала к нему, но девушке удалось оттянуть этот момент до свадьбы. В целом, место красивое, спокойное, даже есть небольшой пруд, правда, тоже заросший и заболоченный. Хорошо бы привести всё в порядок, можно было бы даже и свадьбу устроить здесь. И плевать, что там решили Флёр с группой поддержки, это всё-таки её свадьба! Гермиона отправила в рот горсть ягод и вздохнула. И почему же ей на самом деле так безразлично, где пройдёт венчание? Хоть в склепе, лишь бы все были счастливы. В последнее время жизнь девушки напоминала игру в перетягивание каната: противоположная команда численно преобладает, но девушка упрямо тянет верёвку на себя, ни в какую не желая сдаваться. От чего она бежит? Неужели от Рона? Но вряд ли дело только в нём, скорее, наоборот, вся проблема сосредоточилась в ней самой. Она никогда не удовлетворилась бы малым. Может быть, для кого-то этот прекрасный особняк с потенциально шикарным садом – предел мечтаний, но лимиты Гермионы простирались гуда дальше и глубже. Простое женское счастье не для неё, нет. Семейная жизнь и покой лишь угнетают и вгоняют в депрессию. Совсем не этого ждала от жизни Гермиона Грейнджер. И полюбить по-настоящему она сможет лишь того человека, который способен нарушать её душевный покой каждую минуту, который избавил бы её от скуки и обыденной рутины, человека, чей мир кардинально отличается от её собственного.
Гермиона усердно обдирала листья с куста и изумлённо остановилась, лишь когда поняла, что последние минут семь думает о Люциусе Малфое. Ну, надо же было такому присниться! И так реалистично, словно это был не сон, а… видение?!
Гермиона передёрнула плечами и задумалась, погрузившись в воспоминания позапрошлой ночи. Наверное, она испугалась тогда даже больше, чем попав в катакомбы дома Махони. Девушка единственная была ответственна за жизнь Люциуса Малфоя, она осознанно шла на этот шаг, но когда Гермиона уже стояла в центре пентакля с гриммуаром в руках, она вдруг испытала сильнейший страх потери.
- В чём дело, Грейнджер? – осведомился Малфой из соседнего пентакля.
- Я… я не могу, - Гермиона смотрела на него, и в который раз перед глазами промелькнула картина их интимной близости. Девушка даже не удивилась, ведь в тот день это уже было не первое подобное видение. И если первый раз, когда она внезапно появилось перед глазами, Гермиона едва не сошла с ума, то сейчас волшебница практически наслаждалась этим. Так быстро всё стало с ног на голову, и теперь самым страшным было упустить хотя бы малейший шанс на то, что, может, единожды этот фантом станет реальностью. Если девушка убьёт Люциуса, то у неё не будет и доли процента узнать, что же скрывается по ту сторону его души.
- Что, значит, вы не можете? – угрожающим тоном спросил Малфой. Его взгляд пронзил Гермиону в самое сердце, и она вздрогнула.
- А что, если что-то пойдёт не так? – с отчаянием в голосе спросила она, и шёпотом добавила: - Я не хочу, чтобы вы исчезли навсегда…
Люциус надолго замолчал, а девушка широко раскрытыми глазами смотрела на него, иногда напрочь забывая дышать. Он совершенно точно услышал нечто большее в её словах, тот скрытый смысл, который Гермиона пока не могла принять умом, но, похоже, её сердце мыслило иначе. И Люциус это понял, а это испугало девушку ещё больше.
- У вас всё получится, - спокойно сказал он.
- А если… - паника нарастала.
- Грейн… Гермиона, посмотрите на меня, - девушка послушно подняла глаза. – Вы мой единственный шанс вернуться к жизни. Если вы сейчас испугаетесь и сдадитесь, тогда я действительно исчезну навсегда. Вы же гриффиндорка, в конце концов!
Уголки губ Гермионы чуть дрогнули в улыбке на последнее заявление. Что же, Люциус прав, у неё в любом случае нет пути обратно.
- Я готова.
Волшебница сама не понимала, как у неё всё вышло. А потом события развивались так быстро и стремительно, что Гермиона не успевала оглянуться назад и подумать об этом новом чувстве, которое застало её врасплох. А впереди ещё и ужин в Малфой-мэноре. Девушка умоляла Рона, чтобы он пошёл с ней, но этот рыжий предатель наотрез отказался, как он выразился “соваться в это гнездо разврата”, да и невесте не советовал. Но Гермиона чувствовала, что должна пойти и поставить в этой истории точку… или запятую, тут уж как карта ляжет. О, Мерлин, и на что она, глупая, рассчитывает?!
На улице окончательно рассвело, и сад потерял свою мистическую притягательность. Гермиона оставила ободранный куст в покое и отправилась в дом готовить завтрак. Скоро она станет замужней женщиной, и ей нужна практика в этом деле.

***
Для ужина Гермиона выбрала изящную мантию нежно-голубого цвета, надеясь, что не будет выглядеть нелепо. Эти несколько дней, что она жила у Малфоев, девушка даже не думала об одежде, но сейчас пришлось вспомнить, что обычно надевали Астория и Нарцисса. Обе женщины всегда смотрелись элегантно и уместно, прекрасно вписываясь в величественный интерьер мэнора. Гермионе пришлось воскресить в памяти всё, чему учил её Люциус перед поездкой на бал в Брайтон. Правда, девушка решила обойтись в этот раз без экипажа и просто аппарировать к дому. Всё-таки, это обычный ужин, а не торжественный приём.
Встречала Гермиону Астория. Молодая миссис Малфой была так рада видеть девушку, что поцеловала её в щёку, как близкую подругу. Гермионе пришлось скрыть, как глубоко она смущена этим жестом. Надо же! Затем в холле появился Люциус, заставив сердце гостьи провалиться в желудок. Астория убежала проверять работу эльфов, оставив Гермиону на попечение хозяина дома. Люциус с насмешливым видом подошёл совсем близко, не отрывая глаз от лица девушки, и, вдруг взяв её руку, поднёс кончики пальцев к губам. Если приветствие Астории ввергло Гермиону в шок, то сейчас она была близка к сердечному приступу. Впрочем, Малфой тут же скривился в такой ехидной ухмылке, что девушка поняла – он просто над ней издевается. Гермиона гневно одёрнула руку и грозно нахмурилась.
- Как это мило с вашей стороны пригласить меня на ужин, - сказала она. – Вы всегда так обходительны со своими гостями?
- Вы особая гостья, - ответил он, заставляя Гермиону теряться в догадках, шутит Малфой или снова пытается уколоть.
- И что же делает меня такой особой?
- Моя семья вам обязана. Поверьте, Малфои щедро рассчитываются по счетам.
- Поверю. Но искреннего “спасибо” будет достаточно.
- Пройдёмте в гостиную, - тон Люциуса вдруг изменился, и мужчина предложил гостье руку. Гермионе ничего не оставалось, кроме как покорно положить кончики чуть подрагивающих пальцев на сгиб локтя Малфоя. Девушка по-прежнему чувствовала прикосновение его тёплых рук, и это заставляло её нервничать. Да что же с ней такое творится?
- Добрый вечер, мисс Грейнджер, - поздоровалась Нарцисса, как только они вошли в гостиную. Случилось то, чего девушка и опасалась – она почувствовала себя нелепой школьницей рядом с хозяйкой. Нарцисса была одета в шикарное чёрное облегающее платье с большим вырезом на спине. Гермионе вдруг стало стыдно за то, что она посмела облачиться в наряды этой ошеломительной женщины. Как же глупо, должно быть, она выглядела в её платьях!
- Добрый вечер, миссис Малфой, - переборов себя, Гермиона широко и искренне улыбнулась. – Спасибо за приглашение.
- Не стоит, - Нарцисса на удивление пребывала в прекрасном расположении духа и была сама любезность. Если она и испытывала к грязнокровке Грейнджер какие-то негативные эмоции, то они были очень глубоко и надёжно спрятаны. – Я рада видеть вас. После всего, что вы для нас сделали, я лично буду рада видеть вас чаще.
Да когда же это кончится? С подобными сюрпризами от Малфоев Гермионе грозит поседеть раньше времени. Астория стала её лучшей подружкой, Люциус целует руку, Нарцисса рада видеть её в своём доме. Интересно, Драко станет набиваться в друзья, или хоть кто-то в их семье сохранил здравый смысл?
- Грейнджер.
- Малфой, - Гермиона едва удержалась от удовлётворённой ухмылки.
- Прекрасно выглядишь.
Нет, пожалуй, все сегодня не в себе. Последствия некромантии или что похуже? От чего придётся их спасать в этот раз?
Люциус подвёл девушку к изящному дивану, и она опустилась на сиденье. Сам Малфой разместился в высоком кресле напротив, по-хозяйски закинув ногу на ногу. Тут же появился эльф и разлил вино по бокалам. Оно было крепким и быстро ударило Гермионе в голову.
- Мы все хотели бы услышать рассказ о том, что произошло, - сказала Нарцисса.
Гермиона вопросительно взглянула на Люциуса, и тот, слегка улыбнувшись, пояснил:
- Я решил повременить с рассказом до вашего прихода. Так мы сможем нарисовать более ясную картину.
Гермиона кивнула и принялась поведывать о событиях последней недели, время от времени обращаясь к Люциусу. Он любезно подсказывал упущенные моменты.
- Так, значит, у тебя есть дар к прорицаниям? – Астория перешла на фамильярное “ты”, но это уже не удивляло.
- Насколько мне известно, Грейнджер не посещала уроки прорицания, - сказал Драко. – Она, как и многие из нас, терпеть не могла эту стрекозу в очках.
- Дело не в этом, - поспешно поправила Гермиона. – Предсказания – это весьма туманная наука, я предпочла в тот год нумерологию и руны, у меня просто не было времени на ещё один предмет, который я не считала таким уж важным.
- Возможно, вам стоило его посещать, - с усмешкой заметил Люциус.
- Нам вполне хватало одной Трелони, которая предсказывал смерть каждому третьему и смертельную болезнь каждому второму, - Драко расплылся в улыбке. – Если бы Грейнджер начала вещать на весь Хогвартс пророчества, она бы не дожила до конца третьего курса.
- Дар прорицания – это немного иное, - вступилась Астория. – Волшебник видит возможные события из будущего. И если он достаточно сообразительный, то он может изменить будущее и выбрать другой путь.
- И откуда ты столько об этом знаешь? – проворчал Драко.
- В отличие от вас, у меня был компетентный профессор по этому предмету. Я не удивлена, что Гермиона выбрала карьеру юриста, ведь у прорицателей очень сильно развита интуиция. Они редко ошибаются, если могут положиться на своё чутьё.
- Оно мне во многом и помогло, - улыбнулась Гермиона. – Я бы никогда не нашла тело мистера Малфоя в этом лабиринте, если бы внутренний голос не подсказывал мне, как нужно поступить.
- С такими талантами, Грейнджер, тебе всё же лучше поменять профессию. Это сколько галлеонов можно заработать на бирже с подобным чутьём! Да и в картах всегда поймёшь, если кто-то блефует.
- Кстати, о картах, - сказал Люциус, выразительно взглянув на девушку. – Вам лучше не садиться играть в покер. Не ожидал, что вы проявите себя столь азартной особой.
- Вы сами заставили меня играть в тот вечер, - окрысилась Гермиона. – К тому же, я знала, что выиграю.
- Неоправданный риск.
- Мисс Грейнджер, - обратилась Нарцисса до того, как девушка успела придумать достойный ответ. – Есть ещё кое-что, о чём я хотела с вами поговорить.
- Да?
- Это деловое предложение. Я была впечатлена проделанной вами работой и хотела бы, чтобы вы стали нашим семейным адвокатом.
- ?!
- Несмотря на многие различия между нами, я готова поступиться своими принципами и признать, что вы… ммм… маглорождённые не хуже чистокровных волшебников. По крайней мере, именно вам я теперь могу доверять и хотела бы, чтобы в случае чего у нас был человек, на которого можно положиться.
- Спасибо, - в смятённых чувствах ответила девушка. – Это очень неожиданное предложение. Вы ведь знаете, я работаю в адвокатской конторе…
- Я не прошу вас оставить своё рабочее место. Я предлагаю принять ещё одно – на ваш счёт ежемесячно будет поступать определённая сумма денег, а члены нашей семьи смогут в любой момент воспользоваться вашими услугами.
Гермионе отчего-то претила сама мысль, что Малфои будут ей платить.
- Миссис Малфой, извините, но я не могу на это согласиться. Я согласна быть вашим адвокатом и юридическим консультантом, но принять плату я могу только по факту оказания профессиональных услуг. Вам будет достаточно моего слова, что вы в любой момент сможете на меня рассчитывать?
Нарцисса несколько мгновений раздумывала, чуть прищурившись, а затем кивнула:
- Не понимаю, почему вы отказываетесь от денег, но ваши условия меня устраивают.
- Я надеюсь, вы не собираетесь каждый месяц впутываться в новое уголовное дело?
На лицах Малфоев появились улыбки, что заставило девушку забеспокоиться, не слишком ли она опрометчиво согласилась стать семейным юристом?
- Нет, мисс Грейнджер, - ответил Люциус, - моя супруга имела в виду наш семейный бизнес и огромное число контрактов, которые приходится заключать с не слишком честными людьми. В последнее время мы испытывали некоторые трудности в поиске приличного адвоката.
- А, - облегчённо протянула Гермиона. – В таком случае, всё в порядке.
- Вот и хорошо, - одобрил Люциус, - думаю, самое время пройти в столовую.
К концу вечера волшебница окончательно расслабилась и даже в некоторой степени наслаждалась ставшим привычным обществом. Но время неумолимо приближалось к полуночи, девушке пришлось последовать этикету и покинуть гостей. Люциус вызвался проводить Гермиону до ворот, что уже совсем не удивляло, лишь будоражило рассудок. Картины, как мужчина крепко сжимает её в объятиях, склоняется над ней и горячо целует в губы, не переставали плясать перед глазами. Гермиона успела поверить, что именно так всё и будет. Прорицательница она, в конце концов, или нет?
- Мне с трудом верится, что вы и ваша семья общается со мной на равных, - произнося эти слова, девушка зарделась. – Как вам удалось побороть свою неприязнь к магглорождённым?
- Теперь от меня это не зависит, - тихо ответил Малфой, будто сожалеет о чём-то.
- А от кого же? – нахмурилась девушка.
- Всё слишком сложно. Вам ни к чему это знать.
- Уверена, что я пойму, - Гермиона оскорбилась. Люциус до сих пор принимает её за идиотку – после всего?
- Разумеется, вы поймёте, - хмыкнул Люциус, угадав причину внезапно вздёрнутого подбородка девушки. – Может быть, в другой раз.
Гермиона моментально позабыла об обиде. В другой раз? Значит, Люциус будет ждать встречи с ней? Он ведь сказал “в другой раз” – встречи обязательно ещё будут, и разговоры о том, что так интересует её, и, возможно, поцелуи…
Девушка вышла за ворота и повернулась к хозяину дома, чуть ли не с отчаянной мольбой глядя на него. Хоть бы он подал знак, что неравнодушен к ней! Вот сейчас, он сделает шаг ей навстречу и…
- Не шевелись, или я убью её, - что-то острое вдруг уткнулось Гермионе вбок. Девушка дёрнулась от неожиданности, и лезвие, легко прорезов платье, впилось в кожу. Через мгновение волшебница осознала, что попала в плен неизвестного злоумышленника, который наставляет палочку на Люциуса. Малфой не изменился в лице, лишь побледнел немного.
- Отпусти девушку, - тихим вкрадчивым тоном сказал он, - или пожалеешь.
Нож впился в бок ещё сильнее, и Гермиона почувствовала, как по бедру начала стекать кровь. Маленькие худые пальцы, принадлежавшие неизвестной женщине, сжались на шее подобно щупальцам кракена. Впрочем, женщина не была такой уж и неизвестной – нетрудно догадаться, кто это.


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
IrkinaДата: Суббота, 07.01.2012, 14:22 | Сообщение # 14
Доброе Ромашко!
Магистр
Награды: 38
Репутация: 180
Статус: Нет на месте
- Тебе нужен только я. Не впутывай в это посторонних.
- Она уже погрязла по уши в этом дерьме! – резко ответила Вивьен Фокс. – И если с твоей драгоценной девчонкой что-то произойдёт, винить будешь только себя, Малфой. А теперь, прошу прощения, но пришло время откланяться…
Гермиона почувствовала, как земля ушла из-под ног, а в следующий момент её закружило в круговороте быстро сменяющихся пейзажей. И вот она снова на земле – или под землёй. Сырая вонючая пещера. Она казалась знакомой, и в то же время девушка точно знала, что никогда здесь не была.
Резкий толчок в спину заставил Гермиону споткнуться и упасть. Девушка успела выставить перед собой руки, но всё равно больной ударилась коленками и содрала кожу на ладошках. Гермиона попыталась нащупать палочку во внутреннем кармане, но её там не оказалось. Волшебница, испытывая крайнюю степень неприязни, повернулась, чтобы, наконец, увидеть человека, который всё это время оставался в тени, и обомлела.
- Люси? – перед ней стояла горничная из дома Риваля Махони. Правда, сейчас у неё вовсе не был такой уж безобидный вид бедной наивной девушки, которая обязана с утра до ночи работать на злостного хозяина, не жалея себя. Люси - или Вивьен? – могла соперничать в высокомерии с Нарциссой, если это вообще возможно.
- Ты влезла, куда не следует, Грейнджер. Из-за тебя мой дядя и мой брат оказались в тюрьме, и ты мне за это заплатишь. Как только появится Малфой.
- С чего ты взяла, что он здесь появится? – удивилась Гермиона. Действительно, даже если он сумеет отследить, куда Вивьен притащила девушку, какие у Люциуса могут быть причины преследовать её? Он не из тех людей, которые зря рискуют своими жизнями. И даже если учесть, что он многим обязан Гермионе, вряд ли Малфой станет геройствовать.
- Так ты действительно ничего не знаешь? – изумлённо прошептала Вивьен, скорее для самой себя, чем хотела заинтриговать Гермиону.
- Что я должна знать?
- Как это неоправданно и глупо с его стороны, - усмехнулась похитительница. – Впрочем, я могу его понять. Обстоятельства вынудили его связаться с грязнокровкой, но он не желает подпускать её ближе…
- О чём ты, во имя Мерлина, говоришь? – Гермиона начала терять терпение, несмотря на то, что в её положении это неоправданная политика.
- Так уж и быть, - “смилостивилась” Вивьен и села на большой плоский камень, предусмотрительно не выпуская палочку из рук. – Пока мы ждём твоего принца, я расскажу тебе то, о чём должен был предупредить он.
Гермиона подобралась. И хотя она не спешила вставать с холодной земли, понимая, что похитительница этого не одобрит, всё же села в более удобную позу, из которой будет проще вскочить с места в случае чего.
- Ты вернула дух Малфоя в его тело, - Гермиона кивнула в подтверждение слов. – Для этого ему нужно было заручиться твоим добровольным согласием.
- Я знала, на что иду.
- Нет, девочка, - усмехнулась Вивьен, обидев волшебницу “девочкой”. – Ты давала добровольное согласие на некромантский обряд. У Люциуса практически не было шансов выжить. Только одно могло спасти ему жизнь – он должен был привязать себя к судьбе другого человека. И ты стала идеальной кандидатурой. Думаешь, ты единственная в магическом мире, кто владеет даром прорицаний? Это не такая уж и редкость, хотя истинный дар встречает нечасто. Были и другие волшебники, которые могли видеть Малфоя, и он мог заручиться их поддержкой. Но нельзя забывать, что за человек Люциус – расчетливый, корыстный и жестокий. Хладнокровный расчёт - ты ему прекрасно подошла. Сердобольная гриффиндорка, которая не откажет в помощи и такому мерзавцу, как Малфой. Его даже не смутил факт, что твое существование идёт в разрез с его принципами. Люциус продумал всё заранее. Ты молодая, здоровая, сильная волшебница, у которой вся жизнь впереди, а он – исчезающий слабый дух, всеми силами цеплявшийся за любую возможность выжить. И последнее, что его интересовало – твоя судьба, которую он собирался присвоить и привязать к своей.
Гермиона улавливала смысл слов, понимала, о чём говорит Вивьен, но принять и поверить в это было не просто тяжело, но и больно.
- Люциус Малфой связал свою судьбу с моей? – шёпотом переспросила девушка. – Что это значит?
- Он, как вампир, высосал из тебя жизненную силу, - скучающим тоном продолжила Вивьен. – Не беспокойся, потерянное быстро восполнится, ведь ты ещё совсем девчонка. А ваша связь с Люциусом стала причиной твоих внезапно вспыхнувших к нему чувств.
Гермиона открыла рот, чтобы возразить, но так и не сумела выдавить из себя даже звук.
- Разумеется, он так же воспылал к тебе недвусмысленной страстью, что и приведёт его сюда. У него нет выбора. Он прекрасно понимает, что если я убью тебя, то умрёт и он.
- А если умрёт Люциус, я тоже погибну? – хрипло спросила девушка.
- Кто знает? Но даже если и нет, ты сможешь жить с такой болью? Я бы помогла тебе от неё избавиться, но, уж прости, когда я прикончу этого скользкого мерзавца, я отпущу тебя на все четыре стороны, тешась мыслью, что до конца своих дней ты будешь мучительно страдать.
Вивьен замолчала, дав Гермионе возможность переварить новую информацию. Девушка постепенно приводила мысли в порядок, но лучше от этого не становилось. Теперь, по крайней мере, стала понятна природа её “любви” к Малфою. Она не настоящая, грязная, такая же, как и всё, что связано с некромантией. От неё явственно несёт мертвечиной. О, Мерлин, как же это отвратительно! И даже не стоит задаваться вопросом, как Люциус посмел так с ней поступить. Он, не задумываясь, сделал бы и не такое, ведь речь шла о его драгоценной жизни. Как же Гермиона ненавидела этого мужчину в данный момент!
- Вивьен. Надо же, как ты изменилась. При первой встрече я и не узнал тебя.
- А ты всё такой же мерзавец, Малфой. Заставляешь себя ждать.
Несмотря на всё, что Гермиона только что узнала, она была рада видеть Люциуса, настолько, что еле удержалась от ободряющей улыбки, когда он посмотрел на неё. Лицо Малфоя казалось непроницаемым, а в полутьме его глаза приобрели пугающий чёрный цвет. Он пришёл! Ради себя или ради неё, но он здесь!
- Отпусти девушку.
- Отпустить? – усмехнулась Вивьен. – Думаешь, я лишу её удовольствия наблюдать, как твой дух покинет тело? На этот раз навсегда. Уверена, после того, как она узнала правду, она будет только счастлива увидеть, как ты подохнешь. Не так ли, Гермиона?
Люциус снова посмотрел на неё, словно ожидал подтверждения или опровержения слов. Девушка вернула ему острый взгляд и вздёрнула подбородок, всем своим видом говоря, что не в восторге от этого знания. Но, разумеется, смерти Люциусу она не желала. О, Мерлин, конечно нет! Так или иначе, она теперь любит его, и как она может хотеть, чтобы он исчез из её жизни?..
- Ты, должно быть, с ума сошла, если считаешь, что справишься со мной в одиночку.
- Я не стану проводить обряд, - медленно и слишком спокойно сказала Вивьен. – Я просто убью тебя!
Резким движением она выставила палочку перед собой, направляя её на Люциуса. Он даже не шелохнулся, в то время как у Гермионы внутри всё перевернулось от ужаса. Девушка вскочила с места и рванулась вперёд, чтобы загородить собой Малфоя от этой ненормальной, но Люциус успел схватить “спасительницу” за запястье, практически вывернув ей руку.
- Назад, - рявкнул он на Гермиону. – Убирайся отсюда.
- Не так быстро, - Вивьен перевела палочку на девушку, и на скулах Люциуса неприятно заиграли жевалки. – Я же сказала, она останется здесь! Наблюдать, как я тебя…
- Экспеллиармус! – Гермиона не заметила молниеносного движение руки Люциуса, даже не видела, как он успел достать палочку. – Если хочешь кого-то убить, глупая женщина, не теряй зря времени на разговоры. Авада Кедавра!
Яркий зелёный луч на мгновение осветил пещеру, а затем темнота снова неприятно окутала Гермиону. Девушка издала невнятный стон. Она закрыла глаза, чтобы не видеть, как тело Вивьен замертво падает на землю, но ужасающая картина снова и снова любезно прокручивалась в голове.
Гермиона вырвала руку из сжимавших её пальцев Люциуса и набросилась на мужчину, принявшись колотить его кулаками.
- Какого чёрта вы делаете?! Зачем вы её убили?
Люциус казался изумлённым и оскорблённым до глубины души, позволяя Гермионе безнаказанно бить себя.
- Вы бы предпочли, чтобы она убила вас или меня?
- Да!.. Нет. Вы… вы ведь уже обезоружили её! Её нужно было передать аврорам и судить по закону!
- Суд уже состоялся.
- Вы не Господь Бог, чтобы решать такое! – Гермиона перестала бить Люциуса и отступила назад на несколько шагов. – Вы чудовище. Я думала… я надеялась, что вы хоть немного изменились! Как можно вот так просто, не задумываясь, убить человека?
- Грейнджер, вам нужно успокоиться.
- Я совершенно спокойна! – в противоположность своим словам закричала девушка и нагнулась, чтобы забрать свою палочку, выпавшую из рук Вивьен.
Люциус не шевелился, наблюдая, как Гермиона медленно поднимается и выставляет перед собой руку.
- Вы… вы ответите за это… перед судом. Вы арестованы, Люциус Малфой!
- Гермиона…
- Для вас я мисс Грейнджер!
- Гермиона, ты не в себе, - он сделал шаг по направлению к ней.
- Не приближайтесь, иначе я буду вынуждена наложить на вас заклинание!
- Пустые угрозы, - Люциус всё ближе. – Опусти руку. Нужно уходить отсюда.
- Я не шучу! – совсем уж истерично воскликнула девушка, чувствуя, как предательские слёзы застилают глаза.
От прикосновения Люциуса она вздрогнула, но больше не могла сопротивляться. Он опустил её руку, и на мгновение – на одно короткое мгновение – Гермиона оказалась в его объятиях.
- Уходите отсюда, - он отстранился раньше, чем девушка успела почувствовать тепло его тела. – Вот тот проход. Идите прямо и никуда не сворачивайте. Вы меня поняли?
- А вы?
- Вы уверены, что хотите это знать?
Гермиона помотала головой и, глядя себе под ноги, чтобы не споткнуться, пошла вперёд. Уже в последний момент девушка оглянулась и увидела, как Люциус склонился над мёртвым телом, обшаривая карманы мантии Вивьен. Впервые после битвы за Хогвартс смерть была так близко, и Гермиона оказалась потрясена этим больше, чем можно было ожидать. Она медленно брела вдоль стены, чувствуя странную апатию и опустошение. Всё пошло не так. Все планы рухнули только лишь из-за того, что человек, который не заслуживает жизни, цепляется за неё всеми возможными силами. Если бы Гермиона могла знать, что всё выйдет так, она бы под страхом смерти не стала помогать Малфою, но какое это теперь имеет значение? Разве Гермиона могла бы желать, чтобы он стал самым важным человеком в её жизни? Разве она хотела любить его и бояться потерять? Такое ощущение, что её обманули, опоили любовным зельем, и всё же, с этим ничего нельзя поделать! Она никогда не простит ему этого, но меньше любить от этого не станет. Такой вот парадокс.
За спиной вдруг прогремел чудовищный грохот, и, как показалось девушке, стены пещеры заходили ходуном. На мгновение Гермиона оцепенела, а потом была готова броситься в самое пекло, осознав, что Люциус остался там. Но, прежде чем она успела сделать глупость, его фигура показалась из темноты. Он шёл быстрым уверенным шагом – воплощение силы и власти. И смерти. Да, если бы смерть имела облик, то выглядела бы так, как он.
- Что это было?
- Пойдёмте скорее, - Люциус взял Гермиону за руку и потащил за собой. – Через пару минут будет ещё один взрыв, и нам лучше уйти отсюда.
- Мы не можем аппарировать?
- Только не из пещеры. Портал был одноразовым, так что нам придётся выбираться своим ходом.
- А вы как пришли сюда?
- Так и пришёл.
Некоторое время они шли молча. Гермиона считала шаги, и на трёхсотом пол завибрировал, а с потолка начали осыпаться мелкие камушки. Дрожь становилась всё ощутимее, а затем Люциус вдруг скомандовал “ложись” и толкнул Гермиону на землю, сам прикрывая её своим телом. Громыхало гораздо сильнее, чем в прошлый раз. На них падали камни, и девушка испугалась, что пещера осыплется, заживо погребя их под завалом. Но вскоре всё успокоилось, и страх сменился облегчением. Гермиона перевела взгляд на Люциуса. Его лицо было совсем близко, она могла рассмотреть каждую морщинку – их было немного. Лёгкая щетина еле заметна на бледной коже. Девушке нестерпимо захотелось прикоснуться к нему, и она не смогла сдержать порыв. Люциус ответил ей изумлённым и немного колким взглядом, но на его лице не было и признака неприязни или отвращения. Кажется, прикосновения было приятным для него, но он не желал продолжать, поднимаясь с Гермионы и освобождая её от веса своего тела. Девушка успела уцепиться за его руки, умоляюще глядя в глаза. Они оба знали, чего она хочет. Они оба хотели этого, но Люциус сопротивлялся, как мог. Он уже практически вырвался, когда Гермиона, наступив на собственную гордость, прошептала:
- Пожалуйста…
Он издал лёгкий обречённый стон, обозначая полнейшую капитуляцию, и склонился над девушкой, накрыв своими губами её чуть приоткрытый рот. Его язык тут же проник внутрь, заставив Гермиону едва не лишиться чувств. Этот поцелуй отличался от скучных однообразных поцелуев Рона – по крайней мере, теперь Гермиона точно знала, что до этого всё, что у неё было с женихом, являлось пресным. Она никогда ещё не теряла рассудок, отдаваясь во власть эмоций. А Люциус вёл за собой к неизведанному и незнакомому, чему-то, что ещё не имело для девушки названия. Умело заставлял её тело откликаться на каждое прикосновение, забыть обо всём, лишь только пьянящая страсть, сжигающее желание имело значение. Люциус мерзавец, лжец, убийца, жестокий тиран, высокомерный корыстный лицемер, и она, Гермиона Джин Грейнджер, любит его! Всё было даже лучше, чем в её снах…

Эпилог

- Гермиона, ради всего святого, не верти головой!
- Джинни, у меня шея затекла.
- Ещё десять шпилек, и всё.
- Ты у меня на голове Эйфелеву башню сооружаешь?
- Вовсе нет, - обиделась подруга, оценивающим взглядом окидываю свой труд, занимавший уже третий час. – У тебя слишком много волос.
- И ты решила их все повыдёргивать? – Джинни безбожно крутила каштановые пряди, как хотела, и Гермиона была уверена, что эксперимент со свадебной причёской не пройдёт для неё без потерь.
- Тебе лишь бы критиковать! – Джинни безжалостно воткнула шпильку в волосы, прикрепляя последний цветок орхидеи.
- О, превосходно! – в комнате появились миссис Уизли и Флёр. Последняя держала в руках коробку с косметикой. Гермиона стоном приветствовала своих мучителей.
Девушка искренне не понимала, к чему всё это. Она ведь точно знала, чем закончится этот день. У неё было видение. Конечно, жаль разочаровывать Уизли. Они так стараются! Интересно, станут ли они разговаривать с Гермионой после этого дня? Как никак, они её друзья, она искренне любила эту семью. Впрочем, девушка была так счастлива – впервые за последние два месяца – что готова пойти на подобные жертвы.
Наконец, Флёр закончила колдовать над лицом невесты, и все трое попытались запихнуть Гермиону в платье, не задев причёску. Девушка предстала перед зеркалом, со сдержанной улыбкой рассматривая собственное отражение. Она значительно похорошела, такая миленькая! Люциус бы одобрил её внешний вид. Гермиона хорошо помнила его уроки и теперь практически неосознанно следовала им. Она ведь прилежная ученица!
- Что же, - со слезами в голосе произнесла миссис Уизли. – Оставим тебя ненадолго одну. Церемония вот-вот начнётся… такова традиция…
Женщины Уизли вышли из комнаты, закрыв за собой дверь, и Гермиона позволила себе сомкнуть глаза и расплыться в мечтательной улыбке. Сегодня она уже будет далеко отсюда, с человеком, которого любит и который, как бы он не сопротивлялся, любит её тоже. В маленькой шёлковой сумочке уже сложены все необходимые вещи. В видении Люциус забирает её как раз в тот момент, когда священник спрашивает, согласна ли она стать женой Рональда Биллиуса Уизли. И они уходят вместе, игнорируя шокированные лица гостей, неодобрительные и презрительные взгляды. Какое это имеет значение, если они будут вместе?..

To be continued...


Жизнь прекрасна! И плевать, что это неправда!

 
let@Дата: Среда, 18.01.2012, 20:31 | Сообщение # 15
Гость
Читатель
Награды: 0
Репутация: 4
Статус: Нет на месте
Sophie Cassedy , я кажется влюбилась в ваши фики. :* :* mol
Замечательная история, в которой есть все, что только пожелаешь. Увлекательно практически с первых строк. Давно не читала ничего подобного. Браво!
Quote (Irkina)
To be continued...

А вот за это отдельное спасибо! Буду ждать и удачи вам!


Feci, quod potui, faciant meliora potentes.
 
Oxana2003Дата: Суббота, 10.03.2012, 00:41 | Сообщение # 16
Гость
Читатель
Награды: 0
Репутация: 4
Статус: Нет на месте
Один из немногих люмионов, которые читаешь просто залпом. Автор, спасибо!!
Единственное, два замечания. Непонятно, каким образом Люциус, будучи духом, умудрялся сидеть на стуле, когда и одеяло и шкатулка проходили сквозь него. Второе, я так понимаю, оговорка/опечатка:
Quote
- Следователями и медицинскими экспертами совершенно точно установлено время убийства – два часа сорок семь минут, в ночь с пятнадцатого на шестнадцатое июля. – Как ни в чём не бывало, продолжил Махони.

Может быть Брайс?

С нетерпением буду ждать продолжения.
 
Форум » Библиотечная секция "Гет" » Люмион » "Смерть ему к лицу" (автор:Sophie Cassedy,R,ЛМ/ГГ,романс/приключения,миди,законч)
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017